Читаем Урок испанского полностью

Натали смотрела на бокал с вином, сожалея, что он недостаточно глубок, иначе она постаралась бы в нем утонуть. Страх и отчаяние, которые она испытывала сейчас, были гораздо сильнее, чем в то роковое утро, когда море заключило ее в ледяные объятия. Тогда смертельный холод сковал тело. Теперь он наполнял душу. Отчаяние овладело Натали — она влюбилась в Антонио, мужчину, чье сердце принадлежало другой женщине.

— Но почему же ты не женился на Алисии, если вы любите друг друга?

— Видишь ли, в Каталонии очень скептически относятся к двоебрачию, — усмехнулся он.

— Так ты женат? — Натали вскинула голову, потрясенная неожиданным поворотом дела.

Рассмеявшись, Антонио отрицательно покачал головой.

— Я-то нет, а вот Алисия вышла замуж, причем брак оказался очень счастливым. — Он отпил глоток вина. — Если я помог ей оправиться после страшной трагедии, то окончательно исцелил ее Карлос Торредо, как, впрочем, и она его. Влюбленные подарили друг другу самые лучшие чувства, которые не остыли до сих пор.

Благожелательность и симпатия, с которыми Антонио говорил о мужчине, завоевавшем любовь Алисии, вызвали у Натали недоумение.

— Любой другой на твоем месте ненавидел бы ее мужа.

Гандерас пожал плечами.

— Карлос и Алисия связаны так же неразрывно, как берег и океан. И ненавидеть кого-нибудь одного — значит ненавидеть и другого.

Слушая Антонио, Натали задавала себе вопрос, смогла бы она сама столь благородно и самоотверженно отнестись к тому, что любимый предпочел другую женщину.

Угадав ее мысли, Антонио улыбнулся.

— Ты просто не видела Карлоса. Высокий жгучий брюнет, привлекательный, изысканный. Всегда притягивает к себе взгляды окружающих, особенно женщин. Откровенно говоря, я в жизни не видел такого красавца.

— Не верю и не поверю, что бы ты ни говорил.

— Но, право, Карлос самый…

— Да я уверена, что он тебе и в подметки не годится, — решительно прервала Гандераса Натали. — Готова поспорить, что стоит тебе только выйти на улицу, как женщины буквально теряют голову.

Антонио вопросительно поднял брови.

— Неужели ты принадлежишь к тем, кто после глотка алкоголя начинает болтать всякие глупости?

Нетерпеливым движением она поставила бокал на стол.

— Не скромничай. Разве ты не замечал, как женщины кружатся вокруг тебя, подобно осенним листьям?

Антонио задумчиво посмотрел на свои большие руки и покачал головой.

— Да нет, ни одна из них…

— Конечно! Наверняка две, или три, или…

— Тогда шесть с половиной.

Взглянув на смуглое лицо, оживленное хитрой улыбкой, Натали засмеялась, и в этом смехе растворились остатки злости и обиды. Лишь один вопрос не давал ей покоя. Ну почему судьба распорядилась воплотить ее представление об идеальном мужчине в человеке, который абсолютно равнодушен к ней, а значит, абсолютно недосягаем? И на смену звонкому смеху вдруг пришли слезы. Натали попыталась что-то сказать, объяснить, но рыдания душили ее.

— Эй, перестань. — Антонио подошел к ней и вытер салфеткой слезы.

Она прижалась влажной щекой к его мускулистой груди и попыталась успокоиться.

— Извини. — Натали прерывисто вздохнула. — Я очень редко плачу и не понимаю, что со мной творится.

Еще раз глубоко вздохнув, она с явной неохотой оторвалась от Антонио и отступила на шаг.

— Несколько дней назад ты перенесла сильнейший шок. — Он глубоко вздохнул, прежде чем позволил себе прикоснуться к ее шелковистым волосам. — Ничего удивительного, что после такого потрясения твои нервы пошаливают.

Каждая клеточка, каждое нервное окончание Натали ощущало и впитывало теплоту от его прикосновения. Ей вдруг очень захотелось поймать и поцеловать руку Антонио. И прежде чем она успела одуматься, ее горячие губы уже прижались к жесткой ладони.

— Спасибо тебе за то, что ты понимаешь меня, — взволнованно прошептала она. — Каким бы ни оказался Карлос, Алисия многое потеряла, выбрав его, а не тебя.

Опомнившись, она села за стол.

От такой ее откровенности, признательности и явной симпатии к нему Антонио почувствовал нежность. Вернее, нежность и желание. Он ощущал, что Натали жаждет близости так же, как и он сам. Но увы! Прекрасная женщина, которую подарила ему судьба, недоступна из-за сложившихся обстоятельств.

Ясно, что Натали, испытавшая смертельный ужас, готова на все, лишь бы отблагодарить своего спасителя. И если бы на месте Антонио находился другой, она бы относилась к нему также. Он, Гандерас, не имел права воспользоваться ситуацией. Гораздо хуже, что его самого — а Антонио знал это наверняка — теперь не интересует ни одна женщина, кроме Натали.

Мрачно нахмурившись, он поднял бокал и сделал быстрый глоток, затем другой, третий, как будто принимал лекарство. В некоторой степени так оно и было. Антонио надеялся, что, выпив побольше вина, он крепко заснет и не станет ворочаться ночью с боку на бок, сгорая от желания и чувствуя пульсацию крови в затвердевшей плоти. Гандерас вдруг ощутил, что необходимо срочно сесть, чтобы скрыть от взора Натали признаки своего возбуждения. Он даже усмехнулся, поражаясь слишком развившемуся в последнее время сексуальному желанию.