Читаем Уродина полностью

— Я был бы человеком из стали, если бы не отреагировал на то, что с тобой произошло. Я, может, и мужчина, и, может быть, достаточно стар, чтобы быть твоим отцом, но у меня все еще есть сердце. И я уверен, то, что ты рассказала мне, вероятно, только верхушка айсберга.

Я киваю головой, ничего не говоря потому, что не уверена кто из них двоих был хуже: Трент или мой отец. Я не знаю, и это не то, на что я хочу тратить время, размышляя.

— Вернемся к тому, почему я пригласил тебя сюда.

— Хорошо. Почему ты пригласил меня сюда?

— Мы с Питером решили, что если ты хочешь посещать уроки вождения, то мы заплатим за них. Мы также одолжим тебе деньги, без процентов, на покупку автомобиля. Но на определенных условиях.

Я чувствую, как мой рот открывается, а брови хмурятся. У меня, должно быть, смешное выражение лица, потому что Дейл начинает смеяться.

— Вы хотите заплатить за мои уроки вождения и купить мне машину? — я повторяю то, что, я думаю, он сказал, и жду, когда он рассмеется и исправит меня.

— Да.

— Почему? — я ставлю локти на стол, наклоняясь вперед. — Я имею в виду, почему?

— Потому что ты работаешь на нас почти семь лет, и о тебе всегда хорошо отзывались. Каждый твой начальник пел тебе дифирамбы, и ты — ценный член нашей команды.

— О, — бормочу я и на секунду отворачиваюсь, чтобы осмыслить его красивые и обнадеживающие слова. Я подношу руки к лицу и закрываюсь ими, когда начинаю плакать. У меня никогда, за всю мою жизнь, не было никого, кто бы сделал для меня что-то хорошее, как то, что предлагает Дейл.

— Эй, прежде чем ты заплакала, я сказал, что это все произойдет на определенных условиях, — он старается звучать жестко, но надлом в его голосе подсказывает мне, что он тронут моими слезами и понимает, почему я плачу.

Я беру себя в руки и прикрываюсь волосами, которые падают мне на лицо, как щит, чтобы успокоиться и перестать плакать. После того, как вытираю слезы, я поднимаю голову и смотрю на Дейла. Черты его лица сочувствующие, и я действительно замечаю беспокойство.

— Какие условия? — спрашиваю я сразу же, как только начинаю себя контролировать.

— Во-первых, тебе нужно будет вернуть деньги за машину, со временем.

— И за курсы вождения, — прерываю его я.

— Нет, не включая курсы.

— Почему нет?

— Назовем это твоей семилетней премией.

— Моей чем?

Дейл смеется надо мной и откидывается на стуле.

— Твоей семилетней премией. Семь лет непрерывной работы дает сотруднику право на получение премии.

— Я никогда не слышала о семилетней премии, — острю я. Если они с Питером собираются сделать это для меня, то я верну им каждый цент, который они потратят.

— Не слышала? — он потирает рукой подбородок, а потом фыркает. — Ну, назовем это семилетней Рождественской премией.

— Я уже получала ее, вы не можете дать мне премию дважды.

— Боже, Лили. Дай мне передышку. Я недостаточно быстр, чтобы придумать что-то, чтобы это звучало правдоподобно.

Я смеюсь вместе с Дейлом.

— Как насчет этого? — начинаю говорить я.

— Чего?

— Вы можете заплатить за мои курсы вождения, но я все вам отдам. Каждый цент, что вы с Питером потратили на меня, я все верну.

— За машину, да.

— За все, включая курсы.

— Но мы хотим оплатить твои курсы вождения.

— А я хочу встать на ноги самостоятельно и однажды сказать, что все вернула, и что да, я смогла добиться того, что у меня есть, потому что мне помогли, но я была в состоянии заплатить по всем счетам.

Дейл качает головой, кряхтит и слышится неловкое «черт».

— Тогда ты сможешь вернуть нам деньги за половину курсов вождения. Рассматривай вторую половину, как подарок на свой день рождения. Который, как я знаю, был в прошлом месяце, а мы с Питером пропустили его.

— Тогда я верну вам деньги вместе со справедливыми процентами.

— Нет. И это не обсуждается. И могу ли я просто добавить, что ты должна стать адвокатом, потому что ты, черт возьми, хорошо споришь.

Я прыскаю со смеху, а Дейл сидит напротив меня, качая головой в недоумении.

— Спасибо, Дейл. Я согласна.

— Слава богу. Я думал, что ты заставишь меня подписать договор кровью. Фух, — он фыркает. — Другое условие — автомобиль должен быть новым. Меня не волнует, какую машину ты купишь, но она обязательно должна быть новой, потому что так мы с Питером будем знать, что ты в безопасности.

— Совершенно новую? — неожиданно я начинаю паниковать, потому что, если куплю новую машину, а я знаю, что они довольно дорогие, то не хочу провести ближайшие десять лет, расплачиваясь за нее. — Я не думаю, что смогу позволить себе новую машину.

— Мы с Питером думали о чем-то надежном, например, о «Форд Таурус» или «Тойота Камри». Они обе надежные и безопасные машины, и у меня есть знакомый в центре «Форд», а Питер знает кого-то в «Тойоте». Если ты захочешь другую машину, например, «Хонду» или «Субару», то тогда придется заплатить полную стоимость автомобиля.

У меня, наверно, странное выражение лица, потому что для меня машина — это просто машина. Есть маленькие, большие, супербыстрые, но пока она безопасна, меня не очень беспокоит то, в какую машину я сажусь.