Читаем Уроборос (СИ) полностью

— Первую ставку ты делаешь, когда начинаешь напитывать потоками гибрида. Так как сети некромантов и тварей построены схожим образом, ты легко находишь там самое расшатанное звено. Это лазутчик — няня Валери. Нестор. Кстати, как ты уговорил его? Напомнил о старой дружбе? — тыкаю я наугад, вспоминая слова о друге-чудовище.

На удивление, попадаю.

— Спасение — волшебное слово. Хозяину Валери нужна помощь — еще более волшебное. Показать, какой была она из воспоминаний, каким он и пообещать вернуть все это — и любой гибрид не удержится.

— Ты ждал, что погибнет один из нас в последнюю битву. Всевышний догадывается и делает первую попытку контакта со мной, но ты стираешь у меня это воспоминание. Тогда еще ты таишь надежду, что на самом деле я — человек. Но Пламя уничтожает лишь тело Оливера, не затрагивая сущности, а я восстанавливаюсь с помощью связи. В этот момент ты понимаешь, что оба бога живы, а Безмолвная не у Врат. Пытаться убить меня глупо, потому что понимаешь — я просто вернусь снова в другом теле. Тогда и выводишь гибрида из Пограничного леса, ведь сам помог Оливеру делать круг и знаешь все слабые его места, чтобы осуществить свою вторую попытку — заставить Валери упокоить Оливера или убить меня. Тут все выходит не так гладко.

— Она сама пришла ко мне, заметь, — некромант доволен собой, сложив руки на груди, смотрит победоносно, ая на удивление спокоен, — даже заманивать не пришлось. Сбежать от убийцы, как в старые добрые времена.

Порыв ветра доносит аромат горелой плоти. Не сдержался, коснулся языками Пламени рук некроманта. Чертыхнувшись про себя пальцами сгреб траву, сжимая в кулак. Еще не все. У меня остались вопросы и история не рассказана до конца. Кажется, Назар слишком погружен в себя и не замечает вспышки гнева. Принимает за прихоть Сильнейшего. От мысли, что такое обо мне действительно могли думать тошнота подкатывает к горлу.

— Почти. Ты же в этот период очень долго обрабатываешь Рэндала. Быть богом без паствы тебе не пристало. Глаголя о единстве Безмолвной и Всевышнего, входишь в круг Правящих после того, как Рэндал знакомит тебя с Марселем, — здесь у меня нет никаких сомнений, Жанна подтвердила это, поэтому я продолжаю на одном вздохе, — и убеждаешь узкий круг в необходимости возвращения Бесконечной войны. Это элемент управления толпой. Ты не раскрываешь своих карт, прикрываясь именем Всевышнего. Даже пытаешься затащить меня, пересекаясь со мной на Братских могилах, но разочаровываешься, не узнав во мне прежнего Алана и бросаешь затею, лишь показав, что Валери больше мне не принадлежит.

— Один из самых приятных моментов в моей жизни, — Назар скалиться, а я ощущаю лишь отрешенность, — видеть, как ты теряешь надежду.

— Убедившись, что я не собираюсь вытаскивать ее из твоих лап, подсовываешь девушке всю информацию о ритуале Воскрешения, — словно ничего не слышал, продолжаю я, — тебе нужен призванный, чтобы разбудить гибридные потоки Безмолвной, но ты понимаешь, что Валери не захочет создать его, рискуя жизнью. Поэтому влезаешь в ее сны, навевая навязчивую идею вернуть Макса Лавра, — нервно смеюсь, прижимая ладони к земле, — достаточно глупо было полагать, что за шестьсот лет Книгу Безмолвной никто не нашел, а девушка справилась сама и без помощи. Нет, Книга всегда была у тебя под рукой. Только вот закрыта она была следом Безмолвной и прочесть текст кроме нее в ней не мог, так?

Назар засмеялся. Как можно было подумать, что если в Книге Крейнов текст видят только члены семьи, с Книгой Безмолвной такого не будет? В конце концов Исида понимала, что занимается чем-то неправильным. От подозрений касаемо связи сердцо свело спазмом. Ведь именно Назар написал Историю Эписа. Было ли все действительно в порядке с тем, что связывало нас? Отмахнувшись от опасных мыслей, я глубоко вдохнул.

— Валери проводит ритуал, ты меняешь ее память и получаешь два в одном — Призванного с потоками, которыми можно разбудить мертвое в девушке, и Валери, что пока даже не подозревает, что кормит этими потоками Призванного. Только вот создание Безмолвной тебя не слушает, — усмехнувшись, я поднимаюсь на ноги, — потому что твои силы ни в какое сравнение не идут с ее. Тогда ты чистишь память Лавра, но не в силах приручить или упокоить его, отправляешь призванного домой. Вспоминаешь про силу связи, круг в Правящих. Не знаю, сама Натали убила Рэндала или ты помог ей, но смерть Георга точно твоих рук дела.

— Не приписывай мне лишние заслуги, могу и загордиться, — он сплевывает слюну на траву, а я замечаю кровь.

Пламя явно создает не лучший фон для бессмертного. С каким-то садистким удовольствием я наблюдаю за тем, как Назар вытирает рот ладонью, пачкая ту в крови.