Обстрел грянул грозой неожиданно для всех. С левого боку застрочило, внизу завизжали колодки, не успели на заднем сиденье вздрогнуть, как их затрясло. Костя увидел, что Майк начал судорожно вращать руль, а Катя схватилась руками за голову и пригнулась. Стражники по бокам Кости захлебнулись в англоязычной ругани.

Костя вытянул шею: рядом неслась синяя «калина», из заднего окна торчал ствол АКМ, направленный сверху вниз. Палили явно по колесам. «Ну что, суки, вот и месть пришла!» — возликовал про себя Костя.

В следующие мгновения «Хаммер», виляя, съехал на обочину и сбросил скорость. Громкий хлопок, резкий тупой толчок — Костя полетел вперед, но вовремя выставил локти и уткнулся согнутыми руками в края спинок передних кресел. В уши врезался бесконечный и нудный сигнал клаксона: голова Майка забылась на баранке. Катя, теребя руками волосы, завыла странным, похожим на кошачий, плачем. Ее плечи задергались, напоминая крылья раненой птицы.

Охранник, сидевший слева от Кости, вонявший луком, во время столкновения (с деревом?) умудрился ухватиться за поручень. Он удержался и теперь опустил окно и высунул ствол. Но «Калина» уже прошмыгнула мимо и подрезала где-то в авангарде. Выкрикнув очередное ругательство, пехотинец высунулся из окна и, выставив карабин вперед, все-таки выстрелил очередью. Тот, что сидел справа, не успел среагировать на аварию и в данную минуту пунктирно храпел с разбитым лбом. Костя, будучи чуть впереди, что есть мочи добавил ему локтем в дыхало с разворота. Несчастный совсем загнулся. Превозмогая ножевые уколы боли в раненом боку, Костя изловчился, подхватил его карабин и двинул прикладом в бок соседу слева, который едва только начал возвращать голову из окна.

Боль в ране усиливалась до головокружения. Из последних сил Костя нажал ручку справа и толкнул ногой дверь. Еще миг — и он выпрыгнул из машины, но ноги подвернулись. Костя упал на больной бок и порывисто замычал от боли.

Но к нему уже подбежали люди, подхватили и поволокли.

— Катя. Спасите ее, — пробормотал он с пеленой в глазах.

* * *

После короткого затмения Костя пришел в себя уже в машине нападавших. В ушах звенела странная тишина. Рядом сидел отдаленно знакомый человек в олимпийке. Его осунувшееся лицо быстро обрело в глазах Кости определенные черты. Те самые, с забавной карикатурностью. Дурацкий рот, и сальная рыжеватая челка, и все остальное.

— Дрюн?! Какого черта?

— Тот улыбнулся и приложил палец ко рту:

— Тсс! Послушай. Уже началось.

— Что началось? — Костя огляделся.

В машине были еще двое, совершенно незнакомые люди. Они сидели впереди. А где же Катя? Но правда, что это раздается со всех сторон? Автоматные очереди, такие глуховатые, словно вдалеке, но отовсюду.

— Что это?

— Вальпургиева ночь. Мы применили ваши генераторы ЭМИ. Теперь безвольную пехоту расстреливают из автоматов, а высших чинов в плен.

— Вот как. Генераторы ЭМИ, — задумчиво повторил Костя.

— Ну да. Я сам только узнал. Главный удар держали втайне даже от своих. Не дай бог, затесался предатель, и все насмарку! Ведь у миротворцев тоже есть СВЧ-оружие. Удар хотели нанести еще вчера, но потом пожалели пленников. Короче, решили сначала нас освободить. — Дрюн достал из-за уха сигарету, жестом предложил Косте (тот помотал головой), прикурил и затянулся. — Сначала меня освободили с Бурым, теперь вот тебя. Ты ведь был главным отвлекающим звеном. А другая уральская группа прибыла на двух БТР с излучателями. Ваша доядерная разработка. Правда, с компактными источниками питания помогли китайцы. Короткие мегаваттные импульсы выводят из строя натовскую технику. А сами пиндосы, как в микроволновку сунутые, — хватаются за головы и крутятся юлой. Вот мы и мочим их, тепленьких. Тут, конечно, фактор неожиданности сработал. Они на твоей «Минипе» зациклились, а их совсем с другой стороны. Иначе бы защитились.

Дрюн снова жадно затянулся. Костя приосанился и попытался вылезти из машины. Канонада усиливалась.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Штаб движения сопротивления города Самары располагался в конторе одного из заброшенных машиностроительных заводов. Сюда Костю привезли на той самой «Калине». Помимо Кости в юркой машине приехал, естественно, Дрюн, а также, собственно, водитель — малой чудак с косыми глазами, частенько отпускавший глупые на взгляд Кости шуточки. («Обалдеть, как пиндосов потравили дихлофосом!») И еще молчаливый парнишка лет восемнадцати, смуглокожий, с торчащими из-под летней кепки смолистыми кудрями, увлеченно потиравший в пути маслянистой тряпочкой автомат АК-74.