Вдова Чжао взглянула на протянутую ей трубку и с улыбкой отстранила:

— Кури, кури сама… У твоего хозяина теперь будет большая заслуга.

Жена Лю Дэ-шаня, закуривая, подумала: «Лишь бы не обвиняли в чем-нибудь, и то будет хорошо. Что там еще мечтать о заслугах», — и вслух добавила:

— Мы все должны бить гоминдановских бандитов. Ради общей победы стараться надо, а не ради заслуг…

Вдова Чжао взяла с кана выкройки и начатую работу и принялась их с интересом рассматривать.

— Почему ты последнее время ни разу не была на собрании в крестьянском союзе? — вдруг спросила она. — Теперь все участвуют в политической борьбе.

— Все участвуют, да не всех пускают… — вздохнула жена Лю Дэ-шаня. — Сейчас власть принадлежит вам одним… беднякам и батракам, а у нас, середняков, положение очень плохое…

— У середняков плохое положение? Кто это тебе сказал? — удивилась гостья.

Хозяйка хотела было сознаться, что слышала это от жены Ли Чжэнь-цзяна, но сообразила, что может подвести ее.

— Никто мне не говорил, сестра Чжао. Да зачем и говорить, когда я сама все вижу. Власть сейчас бедняцкая и батрацкая. Вот и выходит, что вы одни в деревне хозяева…

— Что значит «хозяева»? — со смехом прервала ее вдова Чжао. — У тебя, видно, голова полна глупостей…

— А то и значит, что мы, середняки, ничего теперь не стоим. Рта открыть не смеем… — Она выколотила трубку, снова набила ее табаком, закурила и, не подымая головы, продолжала: — Положение в деревне теперь такое, что только вы, бедняки и батраки, можете всем заправлять, а мы ни на что не годимся…

— Погоди, погоди. Чего ты все «вы» да «мы»? Бедняки, батраки и середняки — одна семья: все одинаково трудятся. Я вот что тебе скажу: недавно председателю Мао люди послали телеграмму. Начальник Сяо получил письмо, в котором пишет, что председатель Мао ответил на эту телеграмму. В ней так говорится: сейчас очень важно объединить всех середняков и привлечь их к совместной работе с бедняками, обижать их или какие нападки на них делать совершенно недопустимо.

Жена Лю Дэ-шаня подняла на гостью засверкавшие радостью глаза:

— Так-таки и говорится?

— Зачем же мне тебя обманывать?

— Неужели правда, что председатель Мао вспомнил о нас, середняках?

— Телеграмма председателя Мао даже в харбинской газете напечатана.

У жены Лю Дэ-шаня совсем отлегло от сердца:

— Я так и знала, что председатель Мао не мог нас забыть. Ведь мы тоже день и ночь работали, и нас на каждом шагу угнетали и обманывали богачи. Во времена Маньчжоу-го помещики старались наложить на середняков как можно больше всевозможных поборов. Муж мой всегда был недоволен помещиками. Только уж такой он смирный и пугливый человек, что первый никуда не полезет.

Чем больше они беседовали, тем лучше понимали друг друга. Жена Лю Дэ-шаня принесла сушеных семечек и, вскипятив воду, заварила вместо чая поджаренную чумизу.

— Совсем ведь забыла, — спохватилась вдова Чжао. — Начальник Сяо наказал всем объявить: если есть у середняков какие обиды, пусть, не стесняясь, их выкладывают. Главное, ничего не нужно скрывать, — выскажи и все тут.

— Да какие же у нас обиды… — возразила обрадованная хозяйка, но, подумав, добавила: — Вот разве что нарядов на перевозку уж очень много дают. Теперь все получили лошадей, и надо бы как-нибудь уравнять нас в этом с бедняками.

Вдова Чжао согласилась, что уравнять, действительно, не мешает, и дала слово поговорить об этом с председателем Го.

Жена Лю Дэ-шаня спрыгнула с кана.

— Ты посиди, а я сейчас вернусь, — попросила она и вышла.

Она обошла двор, огляделась. Никого. Вернулась, плотно закрыла за собой дверь, подсела к вдове Чжао и вполголоса передала все, о чем говорила вчера жена Ли Чжэнь-цзяна.

Внимательно выслушав, гостья посоветовала немедленно же сообщить об этом в крестьянский союз. На прощанье вдова Чжао сказала:

— Завтра вечером председатель Го созывает объединенное собрание бедняков, батраков и середняков. На собрании должны объявить, что крестьянский союз бедняков и батраков будет распущен и создан такой союз, в котором и середняки смогут участвовать. Ты непременно приходи. Будут также решать вопрос о том, кому и сколько дать продовольствия из конфискованного у помещиков. Председатель Го сказал, что скоро начнутся новогодние праздники и надо распределить добро так, чтобы люди настряпали пельменей и как следует повеселились.

Вдова Чжао распрощалась. Жена Лю Дэ-шаня хотела дать ей фонарь.

— Не надо, не надо, — запротестовала вдова, — от снега и так светло, зачем же еще фонарь?

Хозяйка проводила гостью за ворота и долго смотрела ей вслед. Когда вдова Чжао скрылась за снежной пеленой, жена Лю Дэ-шаня, счастливая и умиротворенная, вернулась обратно, легла и тотчас же заснула.

XIII

Общее собрание избрало в правление крестьянского союза двух середняков. Го Цюань-хай по-прежнему остался председателем. Крестьянский союз постановил прекратить розыски спрятанных помещиками ценностей, заняться распределением конфискованного имущества и начать подготовку к празднованию Нового года.