Читаем Ур, сын Шама полностью

- Богатства в мире распределены неправильно, - продолжал между тем Себастиан. - Мы призовем верующих к справедливому перераспределению. Бедность будет вознаграждена за свое долготерпение достатком. Неисчислимые богатства, собранные за века католической церковью…

Тут он, взглянув на Ура, осекся. Лицо пришельца из космоса было неузнаваемым, оно как бы затвердело. По напряженному лбу бежала струйка пота. Толстые губы побелели и были словно склеены.

- Что с вами, Уриэль? - спросил Себастиан. Ему было нехорошо от качки, у горла стоял тошнотный ком, но теперь он ощутил еще и испуг. - Уриэль! - крикнул он. - Что случилось?

- Ничего… - Ур повалился навзничь на койку и закрыл глаза. - Продолжайте…

С минуту Себастиан смотрел на неподвижного Ура. Потом сказал тоном почти отеческим:

- Ах, Уриэль, Уриэль… Вы, право, ведете себя как ребенок… Какие-то крайности - то цирк, то неосуществимые проекты… Зачем вам это? У вас даже нет приличного жилья, бог знает где вы ютитесь - по каким-то углам, по чужим квартирам. Получаете жалованье, извините, клерка, ездите в городском транспорте… Знаю, сейчас вам кажется, что над вами совершено насилие, но на самом деле это не так, и вы поймете, что я не более, как орудие вашей же судьбы. Вам, дорогой друг, предначертано будущее великое, блистательное…

«Вряд ли они приняли вызов, - думал Ур. - Они, конечно, еще далеко… Что ж, придется ждать прибытия в Кейптаун… Пресс-конференция? Пусть… Там-то я и заставлю выслушать меня…»

- Вы слушаете, Уриэль?

- Да. Вы хотели показать заявление для прессы. Где оно?

Себастиан с живостью вынул из внутреннего кармана куртки целлофановый пакетик, а из него - сложенный лист настоящего пергамента. Английский текст был набран крупным шрифтом, напоминающим средневековую первопечатную латынь, вокруг шел орнамент тончайшей, искуснейшей работы, с золотым тиснением.

- Что это? - удивился Ур. - Вроде этих… как называются папские послания?

- Энциклики, - улыбнулся Себастиан, подняв черные кустики бровей. - Ну что ж, если угодно, это первая ваша энциклика, Уриэль. Видит бог, она не уступает ватиканским ни по стилю, ни по оформлению. Признаться, - добавил он доверительно, - все это обошлось мне в такую сумму, что только успех нашего дела держит меня, так сказать, на плаву… Один фрахт этого судна… Впрочем, ни к чему, - оборвал он самого себя. - Читайте.

«Люди Земли! Возлюбленные братья и сестры! Я снова с вами. Я пришел.

Более года я обходил тайно Землю и видел многих людей и многие страны. И видел неправедные богатства и горькую нищету, и слезы человеческие, и горе от неразумия.

Я осмотрел церкви и увидел, как плохо служат они делу моему. Истинно сказано в Апокалипсисе: церкви Ефесская и Смирнская, церкви Пергамская и Фиатирская, церкви Сардийская, Филаделфийская и Лаодикийская в смуте и раздоре.

И только одна церковь, нерушимый корабль неоадвентистов, свято блюла веру во второе пришествие мое.

Я говорю: я испил из чаши Грааль, и вернулся, и встал во главе церкви своей…»

Дальше Ур читать не стал.

- Не люблю пышного стиля, - сказал он. - Неужели нельзя попроще: дескать, я пришел и теперь все переверну кверху дном… А это что? Откуда тут взялась моя подпись?

Внизу, под текстом, стоял широкий небрежный росчерк.

- Перепечатано с вашего автографа, Уриэль. - Себастиан вытянул из его пальцев пергамент. - Если помните, тогда, на Черном море, вы мне дали автограф. Я же сказал: ни в чем мы не собираемся вас затруднять - хотя бы и в росписи. Механизм полностью налажен и готов к действию. Дороги назад нет. - Он поднялся. - Я рад, что вы проявляете разумный подход. Не хочу утомлять вас. Если вы захотите поесть…

- Минуточку, Себастиан. Я хочу повидать юношу, которого ваши люди вчера захватили вместе со мной.

- Я пришлю его, если только он на ногах. Бедный Франсуа плохо переносит качку. Разрешите, кстати, вас заверить, что Франсуа, как и его достойный дядюшка, будет вам верным служителем.

- Что это значит? Вы хотите сказать, что он…

Себастиан покачал головой: - Боже, как беспредельно вы наивны…

Ур встал, устремив на швейцарца тяжелый взгляд.

- Мальчишка куплен? Вы подослали его на «Дидону», что бы следить за мной? Отвечайте! Ну, живо!

Себастиан стоял, держась за край стола, и прислушивался к чему-то. Теперь и Ур слышал: топали ноги по железной палубе, доносились какие-то крики. Что-то там, наверху, происходило. Себастиан быстро вышел из каюты, но не успел притворить за собой дверь: Ур, метнувшись, навалился на дверь плечом. Себастиан давил с той стороны и кричал, призывая кого-то на помощь. Несколько секунд они боролись таким образом, потом Ур мощным рывком отбросил противника. Себастиан растянулся в узком коридоре. Пока он поднимался, вытаскивая из кармана пистолет, Ур в несколько прыжков достиг трапа, ведущего на верхнюю палубу.