Лене захотелось ответить что-нибудь грубое, сказать, что ее муж не такой, как все прежние мужики Топтуновой: он не грузчик в подвальном магазинчике и не охранник, по ночам ворующий с полок спиртное. А еще можно напомнить… Но она ничего не сказала, промолчала. Зато не смолчал Владимир:

– Надо было одному приезжать. Тут серьезный и важный разговор, а ты…

Он посмотрел на Ирину, которая, закинув ногу на ногу, снова начала разглядывать свою туфельку.

– Ладно, мы пойдем, – произнес он.

Топтунова вскочила, но последнее слово должно было остаться за ней.

– Мы и не собирались заезжать: просто мимо ехали, и Володя вдруг вспомнил. «Давай зайдем, узнаем, как там у Зворыкиных». У нас вообще столик в ресторане заказан.

Пышкин подхватил ее под локоть и потащил к дверям. На пороге, перед тем как уйти, шепнул Лене:

– Я приду завтра один. Постараюсь сообщить что-нибудь приятное.

Настроение было испорчено. И без того ныло сердце, а тут еще эта парочка, которая непонятно зачем ввалилась.

Глава 16

– Мы хотели бы видеть вас у себя, – сказала Инна Сергеевна.

Голос был приветливым и спокойным.

– Что-то случилось? – поинтересовалась Лена. – Вика опять грубит?

– Да нет. Муж из Италии вернулся, в разговоре случайно вспомнили о вас, и он предложил пригласить вас к нам. Вместе пообедаем. Или вы предпочитаете какой-нибудь хороший ресторан?

– Я предпочитаю есть приготовленное своими руками. А рестораны мне не нравятся. Обилие незнакомых людей, которые приходят туда совсем не для того, чтобы познакомиться с ресторанной кухней. Опять же громкая музыка, а мне сейчас не до веселья.

– Я понимаю, – проникновенно согласилась бывшая жена Валерия Ивановича, – потому мы и хотим вас пригласить. К тому же у мужа наверняка будут для вас какие-нибудь известия.

Если бы имелись какие-нибудь новости, жена вице-губернатора наверняка сообщила бы их по телефону, но вдруг и в самом деле Кондаков что-то выяснил? Однако даже если он ничего не скажет, отказываться не стоит…

Вику за стол не пригласили. Вернее, Инна Сергеевна позвала ее, но сделала это так, чтобы дочь отказалась.

– Мы в столовой хотим поговорить. Может, и ты есть хочешь?

Что ответила девочка, Зворыкина не услышала, потому что Виктор Васильевич взял гостью под руку и повел в гостиную.

– Только что из Италии прилетел, – сообщил он, – вымотался до невозможности. Решил денек дома отдохнуть. Кстати, у меня для вас подарочек, даже два.

Они уже вошли в гостиную. На столе лежала книга, а на ней стояла коробочка с духами.

Вице-губернатор взял в руки и книгу, и духи, протянул Лене:

– К сожалению, времени не было бегать по магазинам. Книжный оказался рядом с гостиницей, где мы жили, и я заглянул туда, сам уж не знаю зачем. Эта книга мне случайно попалась. Гляжу, автор – Нина Яхно. Решил пролистать, хотя в английском не особо силен. Но про Яхно слышал, это же наш специалист. Теперь в Штатах она весьма популярна.

Лена посмотрела на название и вслух перевела:

– «Развенчание установок». Я слышала про эту работу, но еще не читала. Спасибо.

– А духи в аэропорту Милана взял. Не знаю, какой аромат вы предпочитаете, но мне нравится «Шанель».

– Мне тоже нравится. Но у меня уже есть.

– «Шанели» много не бывает, – включилась в разговор Инна Сергеевна, – как и хорошего белья. К сожалению, Вика поступила очень некрасиво. Виктор Васильевич ей тоже сделал подарок. Он мне купил шикарный комплект, но итальянские продавщицы перепутали упаковки и подсунули не то… То есть то, но на меня в любом случае не влезет. А Вике в самый раз было бы. Представить себе не можете: пурпурного цвета, с фианитами.

– А она отказалась? – предположила Зворыкина.

– Дурочка, – не выдержала Инна Сергеевна, – да еще грубо так – едва не швырнула пакет. Заглянула туда, но даже вытаскивать не стала, сказала, что такие вещи женщине может дарить только очень близкий человек. Можно подумать, что мы ей чужие.

– Возможно, если бы дарили вы, она бы взяла, а от Виктора Васильевича постеснялась.

– Да какая разница! – возмутилась бывшая жена Валерия Ивановича и кинула взгляд на вице-губернатора, проверяя его реакцию. – Мы одна семья, чего тут кочевряжиться! Стесняться надо нехороших поступков на людях, которые тебя осудить могут. За нами особый пригляд. Другому могут и простить, а с нас особый спрос. Так что на людях старайся соответствовать статусу, а в домашнем кругу…

Инна Сергеевна посмотрела на мужа, а тот как будто и не слышал. Показал на дверь и предложил:

– Давайте за стол сядем, там уж накрыто давно.

Вице-губернатор посмотрел на Лену, и вдруг она поняла. Догадалась по взгляду, по тому, как цепки были его глаза и как дрогнули уголки рта, словно Виктор Васильевич с трудом сдерживал улыбку – она ему нравится! И не просто нравится – его тянет к ней. Вице-губернатор явно тяготится присутствием жены, вероятно, хочет что-то сообщить. А вдруг о Коле? Хотя вряд ли, он должен понимать, насколько ей важна любая информация о муже, а потому не стал бы тянуть.

Большой круглый стол был заставлен блюдами, как будто обедать здесь собирались человек десять, не менее.