Его ведьмин огонь пульсировал в руке, бросая яркие лучи света по всей комнате. Там кто-то сидел на её кровати. Кто--то высокий, с бело-русыми волосами, с мечом на бедре, и серебряным браслетом, что вспыхнул, как ведьмин огонь .
"Если небесных богов не склоню - преисподних воздвигну."
-Здравствуй, сестра моя, - сказал Себастьян.
10
ЭТИ ЖЕСТОКИЕ УДОВОЛЬСТВИЯ
Клэри слышала собственное тяжелое дыхание. Она вспомнила, как Люк в первый раз взял ее поплавать в озере на ферме. Как она быстро погружалась в сине-зеленую воду, и мир за пределами воды исчезал, был только звук ее собственного сердцебиения, гулкий и искаженный. Она волновалась, что мир навсегда остался позади, что все навсегда потеряно, до тех пор, пока Люк не нырнул за ней и не вытащил ее на поверхность, дезориентированную и наглотавшуюся воды, к солнечному свету.
Она почувствовала себя так же, будто бы она упала в другой мир, разрушенный, искаженный, нереальный. Комната была та же самая, та же мебель, деревянные стены и красочный ковер, кажущийся серым и блеклым при лунном свете. Но сейчас Себастьян стоял где-то на середине, подобный экзотическому ядовитому цветку, растущему среди знакомых сорняков.
Все происходило как в замедленной съемке, Клэри повернулась и хотела выбежать через открытую дверь, но как только она подбежала, дверь захлопнулась прямо у нее перед носом. Какая-то невидимая сила схватила ее и отбросила в сторону спальни, прижимая к стене, о которую Клэри ударилась головой. Она смахнула слезы с лица и попыталась подвигать ногами, но не смогла. Она была прочно прижата к стене, ее нижнюю часть туловища будто парализовало.
- Приношу свои извинения за связывающее заклинание, - с легкой насмешкой в голосе сказал Себастьян. Он откинулся на подушки, вытянув руки, чтобы коснуться изголовья в виде кошачеподобной арки. Его футболка была задрана, обнажая бледную, плоскую линию его живота с узорами в виде рун. Казалось, эта поза должна быть соблазнительной, но она не вызывала ничего, кроме тошноты.
- Мне нужно было некоторое время, чтобы настроится, но ты знаешь, каково это. Один не может рисковать.
- Себастьян, - к ее удивлению, ее голос был ровным. Она осознавала это каждой клеточкой своего тела. Она чувствовала себя поверженной и уязвленной, как будто если бы она не была защищена от летящего в нее битого стекла. - Почему ты здесь?
Его лицо было задумчивым. Змея, спящая на солнце, только что проснулась, пока еще не опасная.
- Потому что я соскучился, сестренка. Ты скучала по мне?
Она подумала о том, не закричать бы ей, но Себастьян метнет ей в горло кинжал прежде, чем она издаст хоть один звук. Она попыталась успокоить свое сердцебиение. Она выживала во встречах с ним до этого. И она сделает это снова.
-Последний раз, когда я видела тебя, ты приставил арбалет к моей спине, - сказала она. - Не то чтобы я по тебе скучала.
Он лениво прочертил пальцами узор в воздухе:
- Лгунья.
- Такая же, как и ты, - ответила она. - Ты пришёл сюда не потому, что скучал по мне; ты пришёл, потому что ты чего-то хочешь. Что же это?
Внезапно он вскочил на ноги - изящно, слишком быстро, чтобы уловить его действия. Светло-белые волосы упали ему на глаза. Она вспомнила, как стоя на берегу Сены, она наблюдала за лучами света в его волосах, прекрасных, как стебельки одуванчиков. Он был похож на Валентина, когда тот был молодым
-Может быть, я хочу заключить перемирие, - произнёс он.
-Конклав не захочет заключать перемирие с тобой.
-В самом деле? После прошлой ночи? - он сделал шаг в её сторону. Осознание того, что она не могла убежать, хлынуло в неё; она подавила крик. - Мы находимся на двух разных сторонах. Мы противоборствующие армии. Разве это не то, что вы делаете? Заключаете перемирие? Либо так, либо сражаться, пока один из нас не потеряет достаточно людей, чтобы сдаться? Но тогда, может, я не заинтересован в том, чтобы заключать мир с ними. Может, я заинтересован только в том, чтобы заключить мир с тобой.
-Почему? Ты ничего не прощаешь. Я знаю тебя. То, что я сделала... ты не простишь этого.
Он снова сделал шаг, резкая вспышка, и вдруг он прижался к ней, его пальцы крепко обхватили её левое запястье, прижимая его к стене у неё над головой.
- Что именно? Разрушение моего дома... нашего отцовского дома? Предательство и ложь мне? Разрушение моей связи с Джейсом?
Она видела вспышку гнева в его глазах, чувствовала его быстро бьющееся сердце. Клэри ничего не хотела сильнее, чем ударить его, но её ноги просто не двигались. Её голос дрогнул:
- Всё это.
Себастьян был так близко, она почувствовала это, когда его тело расслабилось. Он был твердым и худым, его острые кости упирались в нее.