Читаем Unknown полностью

Фредрик: Перед тем, как приступить к записи Pale Communion, Микаэль предложил утяжелиться и добавить побольше риффов и мне его идея пришлась по душе, потому что я и сам этого хотел. Но сами понимаете, когда Микаэль начинает писать, никогда не знаешь наверняка, что в итоге выйдет, это может быть что угодно. Но главное, чтобы сама музыка была классной, остальное приложится. Он снова перевернул мои ожидания с ног на голову, потому что когда он поставил мне новые песни, это в который раз отличалось от всего, что мы делали. Одна из них мне напомнила старый Opeth, потому что она была структурно-сложной и длинной. Были и вещи попроще, например вместо кучи риффов и постоянных смен структур есть единый монолитный грув. Мы экспериментировали с психоделическим звучанием, пробовали педальки с аналоговым эхо, перепробовали тьму разных усилителей, гитар и примочек. Мы хотели снова поднять планку и сделать это на грани наших творческих возможностей. У Майка тогда была уникальная манера написания риффов – там очень странная сильная доля, которая вроде бы выбивается из ритма, но когда слушаешь, то всё звучит ровно!

Я очень надеюсь, что фанатам придётся по вкусу этот альбом. Я давал его послушать своим друзьям, и он им всем очень понравился. Мне сложновато предугадать как примут альбом, так что мне только и остаётся надеяться, что фанатам он понравится. Сведением занимался Стивен Уилсон, он нам и Heritage сводил, но последняя пластинка будет сильно отличаться по звуку.

Йоаким: Pale Communion шикарный альбом, и как я уже говорил, Микаэль снова сменил вектор. Кроме того, альбом мы записали безумно быстро, песни очень грамотно структурированы и они очень вдохновляющие, от них не складывается впечатления сырых и несобранных. Насколько я могу судить со стороны, у альбома абсолютно нет слабых мест. Мы его вправду быстро записали, начав с баса и ударных, и ребята были настолько уверены и вдохновлены, что весь процесс выстрелил как из пушки, они идеально чувствовали инструменты и придали живности демкам. Они закончили писать свои инструменты за каких-то пять дней и задали нам высочайшую планку, и у нас запись тоже прошла как по маслу. И хоть запись проходила невероятно быстро, мне пришлось целую неделю прождать, чтобы сыграть хотя бы одну ноту! И хоть в начале я и не принимал участия в записи, я всё равно был, как и все, сконцентрирован на альбоме, была прекрасная атмосфера. Акустика в студии была просто огонь и у нас был опытный звукорежиссёр, так что лучших условий тогда и придумать нельзя было.

Был косяк с органом Хаммонд, потому что кто-то до нас уронил его при записи и его пришлось отдавать на ремонт, так что в итоге свои партии я записал в Стокгольме в той же студии, где Пер записывал Heritage. У органа очень богатый классный характер звучания, который крутой сам по себе. Была свобода играть всё, что захочется, кроме каких-то принципиальных мелодичных моментов в демо-записях Микаэля, так что я предложил много новых идей, которых в демках не было.

Микаэль: Это безумие какое-то, что группа существует уже столько лет. Это во всех смыслах охренеть можно, потому что я сформировался как личность за эти 25 лет, сформировался благодаря группе. И да, я всё ещё тот самый Микаэль, тот самый музыкант, всё это я – и это прекрасное чувство внутренней гармонии. Куча людей проживает жизнь в неведении, чем они вообще занимаются, но моя личность и мои действия оставались неизменными все эти годы, и это чертовски классное ощущение.

У меня никогда не было мыслей завязать с музыкой, так что я продолжаю ей заниматься с четырьмя парнями, которых уважаю и люблю – они мои друзья, фантастические музыканты, да и просто они любят мою музыку, так что какого чёрта мне вообще со всем этим прекращать? Почему я должен бросить Opeth? Это дело всей моей жизни. Если я и брошу музыку, то если только мне нечего будет писать, чего я опасаюсь, кстати, или если я заболею и потеряю руку, или голос, или голову, или меня пристрелят и так далее. Иными словами, если все в полном здравии, если есть новые идеи, вдохновение, способность писать хорошую музыку и хорошо играть, то естественно мы продолжим.

Энди Фэрроу: Недостаточно будет сказать, насколько крутые они музыканты, кроме того, Микаэль отличный и очень приземлённый человек, дружелюбный и он никогда не ставит себя выше других. Могу сказать, что есть группы, которые я знаю, но у меня в карьере менеджера таких не было никогда, которые всегда ожидают всего на высшем уровне и по первому классу, а Микаэль же очень приземлённый, не смотря на его гигантский опыт и талант. Если вы на концерте Opeth пройдёте к ним за кулисы, то парни наяривают на гитарах, Акс палочками отбивает ритм по столу – такого вы не увидите за кулисами у других групп. Opeth целиком погружены в музыку, они репетируют каждый день и их страсть до последнего вздоха лежит в музыке.