Читаем Unknown полностью

Идеология Московского царства в эпоху царя Алексея еще окрашивает понимание державной власти и ее задач религиозно-нравственными началами. Это время последнего предсмертного расцвета традиционного средневекового мировоззрения. Вступление Московского государства в круг широких международных связей и отношений связано в сознании царя Алексея со старинной идеей о значении Москвы в истории христианского мира. Москва – третий Рим, последняя столица христианского всемирного – в идеале – царства, последняя опора истинной вселенской веры. Церковно-религиозные мотивы вносит он в осмысление вопросов и внешней, и внутренней политики. Политическим соображениям А.Л.Ордина-Нащокина против борьбы за Малороссию и в пользу сосредоточения всех усилий на Балтийском вопросе, царь противопоставляет мысль, что непристойно, даже греховно покинуть «черкасское дело» высвобождения православной страны из иноверного владычества. А общее призвание Москвы в международных делах представляется ему высокой ролью главы православного Востока, противостоящего иноверному Западу и мусульманскому миру. И власть правления Божественное провидение вручило ему на то, чтобы вести людей Божиих по путям религиозно-нравственной правды и праведной веры. Теократические задачи царской власти нашли выражение в ряде писем и указов царя Алексея, которые так богаты религиозными наставлениями и морализирующими сентенциями. Ярко окрашены таким пониманием царской власти ее отношение к русской Церкви. Попытка патриарха Никона поставить духовную власть независимо и выше светской и провести в русской жизни признание патриарха носителем «образа Христова», верховным пастырем и «отцом крайнейшим», авторитет которого имеет безусловное, непререкаемое значение, когда он по сану своему «возвещать будет о догматах Божиих и о правилах церковных», привела к конфликту между обеими властями. Церковный собор 1667 года осудил Никона, но основной вопрос разрешил в духе самостоятельности Церкви постановлением, что «царь имеет преимущество в делах гражданских, а патриарх в церковных». Но царь не признал этого постановления, изъяв его из официальных соборных деяний, и конечный исход конфликта высоких властей выразился в победе государства над Церковью законченной через полстолетия отменой патриаршества и учреждением «правительствующего синода», органа светской власти по управлению церковными делами. Эта трагедия Русской Церкви получила особо глубокое значение в связи с пережитым Московской Русью культурным кризисом. Скрещение при новых условиях в исторической жизни разнородных культурных влияний – малороссийских и польских, западноевропейских, шедших из протестантского, немецкого мира и католических, более близких официальной русской церковности, чрезвычайно усложнило брожение традиционного быта и привычных воззрений. Вызванное по существу общим кризисом народно-государственной жизни, это брожение основной чертой и основным результатом имело отделение церковно-религиозных понятий и интересов от сферы мирской, светской жизни. Бурно и тягостно протекал на Руси процесс разложения старого мировоззрения. Осложненный сильными католическими влияниями в области церковно-иерархических стремлений и богословского мышления, он привел к расколу Русской Церкви на официальную Церковь «никонианства» и ряд народно-церковных общин «старообрядчества». А в связи с новыми условиями государственной и общественной жизни – к иному расколу – между Церковью и государством, старой церковностью и новым бытом. В недрах Московского царства, средневекового по всему стилю своего царского верха, неудержимо нарастает секуляризация государственной жизни и политических воззрений. Государственная работа стала слишком сложной и напряженной, чтобы удержаться в устарелых формах и устоять на старых основах. Усвоение иноземной военной и торгово-промышленной техники, ряд «новшеств» как первые попытки кораблестроения, организации врачебного дела, устройства почтовых сообщений и т.п., новые приемы воздействия на народно-хозяйственную жизнь с организацией кредита и покровительственных приемов в строении торгового дела, наконец, опыты удовлетворения острой потребности в людях, подготовленных к деятельности на разных поприщах административной и экономической жизни, -все эти новые тенденции государственного управления преобразовывали правительственную власть в новый политический тип светской полицейской государственности. Коренной перелом в направлении и в общем укладе государственной жизни развивался параллельно и в тесном взаимодействии с проникновением ряда новшеств в общественный быт и в духовный кругозор русских людей. Наплыв новых и непривычных впечатлений манил интересными новыми сведениями, вводил в сознание ряд новых понятий, приучал к иным приемам мысли, создавал потребность в обновлении средств и способов ее выражения. В общественных кругах, охваченных волной новых культурных веяний, шел острый процесс ломки старых традиций, их вырождения и упадка. И развивался он под тем же знаком секуляризации целых крупных областей и быта, и духа. Разлагалась и падала старая культура, умирала старая Московская Русь. На смену ей надвигалась новая Россия.