Читаем Умная судьба полностью

И тут звонит телефон. Да. Да, я сразу угадываю, кто это звонит… А что тут угадывать, это же мелодия вызова на второй линии моего смартфона, я ведь сам дал ему этот номер…

- Папа, это Вовка! Белов это твой, возьми ты мобильник свой, вон он на столе… Твой, свой, - блин, точно стихами говорить я начал…

- Да. Да, Володя, это я…

- Пап, это я ему сказал позвонить…

- Ил, я вот чего, я чо хотел…

- Пап, я подумал…

Я раздражённо машу на Пашку рукой, аферист гадский!

- Что, Белов, я слушаю, что ты хотел?

- Ил, это… а что мне брать с собой? Ну, одежду там, продукты, да?

Я смеюсь, смеюсь против воли…

- Белов, не надо продуктов, не дури, что же ты… Так, одежду, ну, не знаю, возьми что-нибудь, если чего забудешь, у Пашки подберёте, размер у вас одинаковый…

Белов молчит, дышит в трубку, что-то я не то говорю, он другого ждёт, сейчас он попрощается до завтра, и повесит трубку… и я торопливо добавляю:

- Ты знаешь, ты возьми с собой книжки какие-нибудь, я не знаю, будешь ли ты читать, но вдруг дождь, или ещё что… Хотя, вы же с Пашкой придумаете, чем заняться… Полно там у нас интересного…

Пашка закатывает глаза к потолку, яростно бьёт себя кулаком по лбу, делает мне какие-то жесты, интенсивно машет руками…

- Погоди, Вовка, секунду… - я зажимаю мобильник подмышку. - Что? Чего тебе, Паш?

- Мне! Это тебе, и Белову! Позови ты его к нам! Ночевать позови к нам сегодня, деятель!.. Ну, чего ты на меня так смотришь, и рот закрой, я же ему специально сказал позвонить, ты не понимаешь, что ли, он же затем и звонит… Да позови ты его к нам, папа! У-у…

Я потрясённо смотрю на Пашку, закрываю рот, и медленно говорю в телефон:

- Володя? Извини, я тут… Ты говоришь, у тебя мама с дежурства приходит к восьми утра?.. Ты знаешь, мы тут с Пашкой… То есть, я подумал, ну чего ты один ночью, приходи сейчас к нам, это… Погоди, я договорю… Да, ночевать останешься… Да погоди ты! Переночуем все у нас, утром соберёмся, заедем к тебе до прихода твоей мамы, поговорим с ней, - кстати, извини, я не спросил, как её зовут? - Оксана? - а отчество? - хорошо, ну вот, поговорим с ней, и в Абзаково к нам… Вовка, я тебя уже просил, - кончай с этим своим «не знаю»! И думать нечего, мыслитель, сердцем решай… сейчас надо тебе решить сердцем…

Я смотрю на Пашку, он, распахнув во всё лицо свои серые глазищи, светло смотрит на меня, я слушаю ответ Вовки, я отвечаю Белову: - «Ага…», медленно выключаю телефон, подхожу к бару, наливаю себе коньяку, - мне сейчас надо выпить…

- Что, пап? Ну?!

- Он сейчас придёт, Паш… Придёт…

* * *

Было у меня искушение на этом поставить точку в моём рассказе… Виноват, многоточие. И очень даже было бы всё оправдано, и стилистически, и сюжетно…

Да только наплевать мне на сюжетность, стилистику, примат формы, и прочую лабуду! Я про себя пишу, про Вовку, про Пашку, и, господа мои, надеюсь, очень я надеюсь, что этот мой нехитрый рассказ и про вас тоже, - хоть и опосредованно, но вы ведь тоже теперь сопричастны этой истории, и, в значительной мере, вы тоже действующие лица этой истории…

Но всё же, - это моё последнее отступление… Будет ещё заключение, - хм, что я там вякал о примате формы?.. Да ладно, Ил, не грузись, это несущественно, существенно то, что этот рассказ ещё кто-то читает!

Возможно, господа, это те из вас кто, как и мы, - я и мои пацаны, - хорошо знаком с причудливым и прихотливым характером того всесильного явления, которое я именую Умной Судьбой, возможно, это те, кто сопричастен мне и Белову, и моему Пашке не только в связи с прочитанным. Мы с вами не знакомы, вы даже живёте так далеко от нас, - далеко, это я имею в виду не только расстояния, - что нам и не познакомиться, если не решит иначе Умная Судьба, но вы, - сопричастные, - вы с нами…

Вы так же, как и я помните это: - «Я для мальчика, а не мальчик для меня!». Это же для нас с вами не слова, не просто даже слова, выражающие важнейший принцип, - нет, это наша с вами внутренняя суть, так только мы с вами и можем жить, и никак иначе. Готовность ради мальчика на многое, на всё, что не сломает его и вашу душу, вот что есть суть этих отношений, вот где идеал, и поиски истоков этого идеала в глубинах тысячелетий лишь убеждают меня в правоте, святости и исключительности этого завета: - «Я для мальчика, а не мальчик для меня»…

Что ж, господа…  НЕТ! Нет, теперь я предпочту, я осмелюсь на другое обращение, - теперь вы мои друзья.

Итак, друзья мои, сейчас к нам придёт Вовка Белов, встретим его.

Да, ещё одно, - не обращайте особого внимания на Пульку, для него же это главное, оказаться в центре внимания, чего уж там, - Пулемёт, он же Пулемёт и есть…

* * *

- Это ещё почему он в кабинете спать будет тогда, нет уж, с нами он спать будет пускай, а если в кабинете, то и я тогда в кабинете, а Пашка пускай тогда один дрыхнет, а то я тогда вообще спать не буду, и тогда…

- Пулька, ты уймись лучше, по-хорошему лучше, а то я тебе сегодня под одеяло таракана пущу!