Ю.: Вы хотите знать моё мнение? Я скажу вам, без проблем. Я никогда не чувствовал к нему симпатии по той или иной причине. Возможно, это из-за моего теософского прошлого. Прежде всего он был одновременно святым и политиком. Я думаю, он был единственным человеком, который действительно пытался построить свою жизнь в соответствии с тем, во что он открыто верил. Возможно, он потерпел поражение (а он всё же потерпел поражение, по моему мнению), но сам факт, что он пытался жить в соответствии с моделью, которую он перед собой ставил, делает его интересным человеком. Были и другие помимо него, кто добивался свободы для Индии. Что он оставил этой стране? Ничего. Просто из сентиментальных соображений люди читают лекции о нём каждый год в его день рождения.

В.: Но вы можете сказать то же самое и о Христе, и о Будде, и о Мохаммеде. Просто люди следуют за великим учителем и неправильно применяют его учение…

Ю.: Как можно оправдывать основателей религий и религиозных лидеров? Учения всех этих учителей и спасителей человечества вылились в одно только насилие. Все они говорили о покое и любви, а их последователи занимались насилием.

Во всём этом есть что-то забавное. Именно этот разрыв между словом и делом послужил для меня сигналом, что здесь есть что-то очень неправильное. Я чувствовал, что учения неправильны, но мне не хватало уверенности. Я никак не мог отмахнуться от них, полностью исключить их из своего сознания. Я был не готов принимать любое учение из сентиментальных соображений. Даже когда мои попытки избавиться от них вылились в переживание сознания Христа или Будды, я всё равно был неудовлетворён. Я знал, что здесь просто должно быть что-то не то. И это действительно была проблема.

В.: Вы отказываетесь принимать что-либо и из сентиментальных, и из рациональных соображений. Так что же остаётся?

Ю.: Это как человек, который едет верхом на тигре, и тигр его сбрасывает. Тигр следует своей собственной инерции, он продолжает свой путь — и вот его уже нет. Вот и всё. Вы уже не можете ничего сделать с тигром. И у вас никогда уже не будет страха встретить тигра или ездить на нём. Тема закрыта. Тигра уже нет.

Так что я думаю, уже нет особого смысла для меня что — то делать в обществе — у него своя инерция. Что бы вы ни пытались делать, это засосёт вас и вы добавите обществу ещё инерции. Кто давал всем этим людям право спасать человечество? Сострадание и любовь — это просто их уловки.

В.: Когда вы были теософом, встречали ли вы когда-нибудь этого странного старого теософа Ледбитера?

Ю.: Да, я встречал его. Он тоже был частью моего прошлого. Он никогда не производил на меня особого впечатления. Насколько я знаю, ходили слухи, что у него гомосексуальные наклонности. Мне всё равно; секс — это часть жизни. Гомосексуальность, лесбиянство, гетеросексуальность — какая разница. У меня нет никакой моральной позиции. Общество, которое создало всех этих социопатов, придумало мораль, чтобы защититься от них. Я в эти игры не играю. Общество создало «святых» и «грешников». Я не принимаю их в качестве таковых.

Для меня существуют ошибки, заблуждения, слабости, но для меня не существует греха. Я лично не вижу причин морочиться с Библией, Кораном, Гитой или Дхаммападой. У нас есть политическая власть со своим гражданским и уголовным кодексом, этого должно быть достаточно для того, чтобы справиться с проблемой.

Тело как плавильный котёл

Юджи: Вы действуете на основании огромного количества допущений. Первое допущение — вы думаете, что все люди абсолютно одинаковы. Я уверяю вас, что нет двух одинаковых людей. Ваши попытки прийти к одному общему знаменателю обречены на провал.

Вопрос: Как учёные, мы хотим выяснить, есть ли хоть какая-то неповторимость за очевидным сходством людей. Нас интересует то, что отличает людей друг от друга. Йоги и религиозные лидеры демонстрируют своим примером, насколько люди могут быть необыкновенными и уникальными. Мы хотим изучить их, и вас тоже.