Читаем Улыбка химеры полностью

Салютов поднялся из-за письменного стола, медленно прошелся по красному персидскому ковру, украшавшему пол кабинета. Звуки Дома. Все здесь было наполнено ими. Тишина в комнате была живой, насыщенной, волшебной: треск березовых поленьев в камине гостиной, треск новой, распечатываемой крупье карточной колоды, треск рассыхающегося от жара батарей паркета под чьими-то тяжелыми шагами за дверью…

- Валерий Викторович, заняты? Я на минуту. Только что звонили! На завтра заказ мест, ну и все как обычно. Я сказал: у нас все готово, мы ждем. Как насчет денег?

Шаги принадлежали Глебу Китаеву. Он только что вошел в кабинет, как всегда вежливо постучав.

- Все в порядке. Я договорился в банке. Деньги завтра будут с утра. Позвони насчет машины и дополнительной охраны, - ответил Салютов. - Значит, завтра у нас полный сбор?

- Да, неплохо, а? - Китаев улыбнулся. - Соскучился я, Валерий Викторович, по настоящим нашим вечерам. - Он потер руки, словно предвкушая что-то приятное. - И еще кое-какие новости для вас есть. . - Какие? - Салютов сел на кожаный диван в углу кабинета, пригласив Китаева в кресло напротив.

- Я вчера и сегодня утром систему наблюдения вместе с техниками проверял, - сказал Китаев. - И так и этак мы смотрели. Тот сбой камеры в вестибюле - случайность. Там в стене проводка за панелью слегка отошла. С гардеробщиком я тоже все проверил. Он сейчас на больничном, и врач мне диагноз подтвердил: ОРВ, причем какой-то там кишечный вирус. Уже заболевал он тогда в тот вечер.

- И какой же вывод из всех твоих проверок? - спросил Салютов.

- Все это случайности. И все они случайно совпали. Камеру никто намеренно не вырубал. Просто кому-то повезло. Ну, возможно, он услышал от гардеробщика или от кого-то из охраны, что эта часть вестибюля на время остается "темной".

- Вывод, Глеб.

- Вывод простой, Валерий Викторович: одно к одному. Если бы на месте Тетерина кто-либо другой был в туалете, убили бы этого другого. Сдается мне, дело совсем не в Тетерине было, а в том, что само место очень подходило для выстрела из пистолета с глушителем.

- Ты кого-то подозреваешь? - спросил Салютов. Китаев помолчал секунду.

- Вы не дослушали новость до конца. Она у меня из двух частей состоит, - сказал он. - У меня тут информация свежая: Миловадзе вызван в Генеральную прокуратуру. На завтра. Между прочим, на одиннадцать часов утра, как и вы в тот раз.

- Сведения верные?

- Верные, Валерий Викторович. Иначе я бы вас не информировал.

- Хорошо, - ответил Салютов. - Спасибо, Глеб. Китаев подождал, что он еще скажет о "новости", но так и не дождался.

- Ну, я пошел, буду внизу на пульте, - Китаев поднялся.

- Будь добр, позвони Филиппу. Скажи, что я прошу его завтра вечером приехать сюда. Когда ему будет удобно, - сказал Салютов.

- Хорошо, Валерий Викторович, сейчас же позвоню. Конечно! Если позволите… Мне самому давно кажется, что сын ваш сам стремится к разговору с вами. К объяснению своего поведения. И сожалеет, но… Характер виноват салютовский - гордый, строптивый. Ваш характер, между прочим, Валерий Викторович, вылитый ваш.

- Спасибо тебе, Глеб, за комплимент.

- Марина Львовна снова звонила. Спрашивала, здоровы ли вы, - сообщил Китаев, уже взявшись за ручку двери. - Сказала, у Павлика сегодня температура немножко подскочила!

- А Валерик как?

- Младший ваш здоровехонек. У старшего тоже ничего страшного: тридцать семь и семь. Марина Львовна сказала - пони шотландский заболел, ветеринара ему вызвали. Ваш внук просто перепугался за своего любимца. Ну вот и температурка небольшая… ничего, пройдет. Он шустрый у вас, крепкий парнишка, смышленый. Сказал мне как-то: я, дядя Глеб, когда вырасту, буду укротителем зверей.

- Марина еще что-нибудь сказала?

- Спрашивала - когда вы приедете. Я ответил, что… не знаю. - Китаев посмотрел на Салютова. Тот рассматривал узор персидского ковра на полу. Роскошный узор мастеров Шираза… Поднял глаза и…

- Эгле не звонила, - быстро ответил Китаев. - Ни вчера, ни сегодня. Витас злится, как бес. Говорит: вроде Газаров снова у нее.

- Позвони сыну, - тихо попросил Салютов. - Прямо сейчас.

- А я телефон Витаса этому оперу Колосову дал, он пристал с ножом к горлу. Я думаю, это даже неплохо, если они потолкуют. По крайней мере Витас поймет наконец, где его место. А то больно зарываться начал парень. Пользуется тем, что сестра… Вы ему слишком много позволяете, Валерий Викторович.

- Ты же сам меня убеждал, что он может быть нам здесь полезен.

- Да, убеждал, и дело свое он делает. А вот обнаглел чересчур, ну, может там, в ментовке, с него спесь-то собьют.

- Интриган ты, Глеб.

- Будешь интриганом, когда каждый день то в ментовку, то в прокуратуру начали таскать, - Китаев невесело усмехнулся. - Так вы не забудьте, что я вам насчет камеры сказал. Подумайте на досуге.

- Я подумаю, Глеб. Непременно.

Салютов кивнул. Музыка Дома… И это тоже была она. Этот их диалог: хрипловато-озабоченный баритон Китаева, скрип сафьяновой кожи кресла под его тяжестью. Музыка…