Песня оказалась кстати – медленная и тревожная, она очень хорошо подходила по сценарию, но на пластинке оказалась царапина, и там иголка проигрывателя застревала, и тогда на одном месте звучало одно слово из припева – «коханый». На пятый раз повтора песня доводила ТС до исступления, приходилось вставать и передвигать иголку.

Во время переустановки музыки девушка от тишины просыпалась, натягивала на себя снятое под наркозом одеяло, и ТС терял завоеванные позиции.

Так продолжалось до самого утра. Марик остался доволен своей девушкой и до сих пор не знает, что ему надо благодарить отечественную продукцию грамзаписи за крепость своих семейных уз.

Черная Пантера слушала эту грустную историю и поняла лишь одно: нигде на свете нет справедливости – ни на Юге, ни на Севере. Слово «коханый» она запомнила. С того дня ТС получил свое новое имя, он смеялся, когда слышал его из ее уст – так его в жизни никто не звал.

И опять она делала ему массаж, мыла его перед сном, служила своему господину. Ночью ему сделалось плохо. Коханый храпел, потом замолчал и стал слегка синеть и хрипеть – Пантере стало очень страшно, она поняла, что случилось невероятное, и позвонила в 911, а пока они ехали, стала делать ему вентиляцию легких рот в рот. Через какое-то время он задышал ровнее, потом дыхание сбилось на другой ритм, и когда вошли медики, он был наверху и владел инициативой. Медики остолбенели, а потом зааплодировали, как во время посадки после длинного перелета.

Все закончилось хорошо, все получили подарки, и он заснул, не понимая, как это случилось.

Пантера была счастлива. Она спасла своего Коханого, остальные движения посчитала мелочью, хотя мелочь оказалась приятной и совсем немаленькой.

Утром ТС встал. То, что произошло ночью, его переменило, боль утраты отступила, ее вобрала в себя Черная Пантера, и он решил ехать домой.

Он отправил девушку отдохнуть, отдал оставшиеся деньги и ушел плавать.

Как только ее скутер стих на повороте дороги, он заказал себе билет.

Утром он улетел.

Разговор о сокровенном в безлимитном тарифе, или Побочные явления карьерного каннибализма

Молодой топ-менеджер по строительству властной вертикали (МТМ) летел в Испанию к жене и детям с визитом недоброй воли. За семь лет семейный очаг остыл (он оказался нарисованным и довольно нежарким), обуза брака висела на нем, как гири, которыми он качался для увеличения рельефа икроножных мышц. Все в нем было хорошо, а икроножные подкачали, вот он над ними и работал. Руки, плечи взрывали любую футболку при малейшем напряжении, а вот ножульки все портили, не имели достойного вида.

Из аэропорта он позвонил своей девушке, мастеру по ушу, которая учила его индивидуально духовной практике японских самураев и культуре обращения с гейшами.

Она взяла трубку не сразу, всегда готовила нужную интонацию. Для своего мужчины у нее был специальный тихий, мелодичный голос, как будто она в саду в период цветения сакуры. Во дворе ее пятиэтажки не было не только сакуры, но и пыльного кустика, зато «ракушек» и пьяного быдла было больше чем достаточно.

МТМ тоже нашел в голосе нужный регистр и заговорил задушевно, как артист Безруков на кресте в фильме «Мастер и Маргарита». После формальных «как дела?», «как спала?» он изменил голос и стал говорить жестко, как Саша Белый из «Бригады». Он так играл образами, маскируя словами-паразитами собственную нежность. Ему нравилась эта мышка-норушка. У него в детстве была игрушка, маленькая обезьянка с двумя чемоданами на механическом заводе, на ровной поверхности она бежала и крутила сальто с этими чемоданами, а он умирал от счастья, глядя на свою очень живую обезьянку.

Мышка-норушка типа обезьянка (МНТО) знала его секреты и не обижалась на его фантазии. Он давал ей приличный доход, как ученик он был лучше прежнего, бизнесмена-строителя, который заставлял ее прыгать на батуте без нижнего белья на своей даче в поселке Шульцево и ржал при этом вместе с водителем и охраной.

Почему прыжки на батуте нагишом так разгружали нервы строителя пирамид, стало ясно, когда его взорвали за дела неправедные. Он убегал, его догоняли и догнали безоболочным взрывным устройством, заложенным под днище его авто.

Допрыгался!

МНТО этому не радовалась, но стыд свой помнила, считала, что никто не должен прыгать по воле другого, даже если воля одного сильнее обстоятельств жизни наемного человека.

Разговор двух специалистов по ушу для чужих ушей был недоступен из-за странных смыслов и кодов, непонятных всем, кроме говорящих.

Он огорошил ее с первой фразы.

– Чего ты хочешь? – спросил МТМ.

– Я хочу карликов из Подольска, которые делают все, – ответила МНТО.

– А не хочешь ли ты Гулливера из Чигасова? (Там жил МТМ.)

– Нет! Ты большой, мне тебя много, ты пронзишь меня своим мечом.

– Я надену обруч или стану карликом, – пообещал МТМ.

– Нет, мне нужен большой мужчина, такой, как ты.

– Это невозможно, не начинай, ты знаешь, я не могу. (Он не любил разговоров о разводе.)