Читаем Уловка полностью

— В этой истории нет ничего интересного. Поверь мне. Тем более она выставляет меня мудаком, поэтому я бы не хотел сейчас об этом рассказывать

— В чем смысл быть по жизни неудачниками, если мы даже не можем вдоволь над этим посмеяться?

— Мэтт, ты не неудачник.

Он издает грустный смешок

— Мой контракт, который уже почти был у меня в кармане, никто не собирается продлевать. Забавно, как быстро перспективы растворились, стоило новости просочиться в СМИ. Я не могу покинуть свои апартаменты, потому что папарацци отслеживают каждый мой шаг, а мои агенты говорят, что не могут ничего предпринять, чтобы я получил новый контракт. Никто не хочет приглашать в свой клуб этот цирк. И вдобавок ко всему, фанаты от меня отвернулись. Если это тебе не говорит о том, что я неудачник, возможно, ты не настолько умен, как я думал.

— Ты не выходил из дома целую неделю? — Я осознавал, что Мэтт рассказал мне о куче дерьма в его жизни, но зацепился именно за это.

Мэтт утвердительно кивает.

— Хочешь поехать со мной на выходные? Никто не будет преследовать тебя в глуши.

— Ты сейчас серьезно?

Я пожимаю плечами.

— Конечно. В прошлом месяце я привозил с собой бейсболиста. В этом месяце приеду с футболистом, да еще и со звездным. Это явно поможет удержать слухи о моей ориентации на плаву.

— О’кей, расскажи мне эту историю.

— Я сделаю это во время длительной поездки. Мы же можем воспользоваться твоим автомобилем? А то, боюсь, в поезде тебя могут узнать.

— Без проблем. Пойду, соберу вещи.

***

Выбраться из Филадельфии оказалось сложнее, чем мы ожидали. Эти ублюдки с камерами следуют за нами в своих фургонах. И тот факт, что Мэтт водит Ламборджини, мешает нам оставаться незаметными.

Мы думаем, что стервятники потеряли нас из виду, как только достигаем Красного Холма, но все равно не можем быть в этом полностью уверенными. Мне понадобилось гораздо меньше времени, чтобы рассказать Мэтту свою историю, нежели оторваться от преследующих нас папарацци.

— Стоп, стоп, стоп. То есть твоя бывшая растрепала всем, что ты гей, и ты не утруждал себя тем, чтобы это опровергнуть. В итоге оказалось, что тебя реально привлекают парни?

— Как-то так.

По крайней мере, моя история вызывает у него улыбку. И у меня такое чувство, что он давно так широко не улыбался.

Когда мы подъехали к дому моих родителей, Мэтт не глушит мотор.

— Я оставлю тебя наедине со своей семьей, если ты скажешь, где находится ближайшая гостиница.

— Лучшее, что ты можешь найти в этой глуши – это мотель на центральной улице. Это единственный выбор. Я предупреждал, что это очень маленький город.

— Все лучше, чем четыре стены моей квартиры.

— Я был у тебя и спешу заметить, там гораздо больше, чем четыре стены.

Он отмахивается.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я.

— Ладно, хорошо, я поужинаю с родителями и свяжусь с тобой. Может, сходим в бар сегодня вечером или еще куда-нибудь.

— Эм, даже не знаю, хорошая ли это идея.

— Ты прав. Не стоит светиться на людях. Мы можем потусить у тебя в номере, который, возможно, стоит забронировать на мое имя. Здесь хоть и маленький городок, но подключенный к интернету, и слухи о знаменитостях быстро разлетаются.

— Спасибо, я так и сделаю.

Мама уже ждет меня на обочине, когда я выхожу из автомобиля.

— Кто это с тобой? — Она наклоняет голову, чтобы заглянуть через ветровое стекло.

Мэтт неловко машет ей рукой, прежде чем уехать.

— Друг из Филадельфии. Ему нужно уединиться на пару дней, поэтому он поживет в мотеле у нас в городке.

— А где Дэймон?

— Он занят учебой. У него осталось меньше двух месяцев до окончания университета. Он не может бросать все, чтобы навещать вас вместе со мной каждый раз.

— Твой... друг... — Мама указывает в ту сторону, куда поехал Мэтт. — Он же просто друг, не так ли? Потому что мы полюбили Дэймона.

Я закатываю глаза. Сильно.

— Просто друг.

— Ну и славно, тетя Чери еще не приехала, но вскоре должна быть.

— Зачем она хочет меня видеть? — интересуюсь я, идя к дому.

— Ты сам спросишь у нее об этом.

Папа протягивает мне пиво, как только я вхожу в дом, и предлагает разместиться в гостиной.

Учитывая то, что я был здесь всего месяц назад, нам особо нечего обсуждать. У нас и так редко находятся темы для разговора, поэтому тишина кажется такой знакомой и успокаивающей.

Когда на подъездной дорожке раздается характерный звук мотора на холостом ходу, мама с папой поднимаются, чтобы встретить тетю Чери.

— У вас есть наличные? — с ходу кричит она. — У меня только карточка, а я должна расплатиться за такси. Простите, я все вам верну.

— Я расплачусь, — говорит мой отец и выходит на улицу.

Как по мне, так это очень странный визит. Пока мы с Джесси росли, то виделись с тетей Чери время от времени. Но, насколько я знаю, она никогда особо не горела желанием общаться со мной, поэтому непонятно, почему настаивает на этом сейчас. В последний раз я видел ее еще подростком и не помню деталей встречи. Мне тогда было лет пятнадцать-семнадцать.