Читаем Улитка полностью

И мы помчались по трассе на мотоцикле Джу в совершенно неизвестном мне направлении. Прижимаясь к родной спине, я думала об одном: «Какая разница, куда мы едем, главное, чтобы этот день подольше не заканчивался».

– Вот и она – стена пыток! – сказал Джудит.

Остановив мотоцикл, он закурил.

– Почему пыток? – удивилась я.

– А ты посмотри на железный кол, торчащий из кирпичей. Тут явно кого-то мучили, – расхохотался парень, сбивая носком ботинка высокий камыш.

Мы подошли к каменному исполину метров четыре в ширину и чуть больше двух в высоту, сооруженного на пригорке лесной чащи. Конструкция совершенно не походила на останки жилица, но и просто забором назвать его никто бы не решился. Какую тайную миссию мог выполнять этот кусок стены, сказать было трудно – так же, как и понять, для чего отдельно от нее возвышались ворота, во многих местах уже покрывшиеся мхом.

– Господи, как красиво и как возмутительно несуразно! – воскликнула я, захлопав в ладоши.

– Быстрее иди сюда! – позвал Джудит, протянув мне руку. – Иначе пропустим.

– Что?

– Солнце на наших телах.

Мы прижались спинами к теплой поверхности, широко расставив руки. Заходящее солнце, окрасив поляну в багряно-рыжие тона, медленно стало сползать по шершавым камням нам на плечи.

– Надо же, оно действительно сейчас пройдется по нашим телам, – сладко вздохнув, я устремила взгляд ввысь.

Взлететь бы птицей!

– Ты однажды пообещал мне восход, но закат еще более восхитителен!

Воздух переливался и трепетал. Теплый ветер гнал широкие волны по густой траве. Лиловая дымка висела над уходящей на восток горной грядой, туда же бабочками улетали мои мысли.

Словно вторя им, я прошептала:

– Джудит, где ты?..

– Читай по губам, – раздался тихий нежный шепот.

Я повернула голову.

– Везде, где ты.

Я рассмеялась.

– Так не бывает!

Джу ответил улыбкой совсем иного толка. От нее пробрало до костей.

«Черт! Пожалуйста, только не начинай все сначала!»

А он все молчал, не сводя с меня влажных глаз, и я вдруг поняла – это уже не игра.

Вжавшись в стену, мы стояли, глядя друг на друга: напряженно, растерянно, выжидая, всего лишь на расстоянии вытянутых рук. Дай им волю – и мечта станет явью, а засмейся – и все разлетится в щепки.

– Теперь тебе не улизнуть, – произнесла я.

– И не собираюсь, – ответил Джу.

Его пальцы медленно заскользили по моему лицу. Дрожащими губами я прикоснулись к его ладони. Сердце забилось громче церковного колокола!

– Можно?

Он кивнул.

Пуговица за пуговицей. Расстегнутая тенниска высвободила мужскую грудь.

Господи, как же он возмужал!

Джу потянулся вверх, схватившись обеими руками за кол в стене.

– Вот, значит, для кого он предназначался! – стеснительный смешок. – Ну что же, бери меня в плен.

Слегка опущенная голова, во взгляде выражение покорности.

Как долго я ждала этого момента! Так долго, что к ощущению эйфорического счастья примешалось иное чувство.

Все мои сексуальные связи двигались по одной и той же траектории, начинались и заканчивались бурно, с криками, ссорами, иногда драками и пущенными в ход подручными средствами.. И финал всегда был один: с глаз долой, из сердца вон. Но Джудит стал занозой в этом сердце, и эта заноза так долго кровоточила и саднила, что, казалось, все капли крови уже давно вытекли. Я ошибалась! И моя злость стала тому подтверждением.

В помутневшем взгляде, в выгнутой дугой спине и раздувавшихся ноздрях было столько иступленной страсти, ожидания и томления, что мне вдруг захотелось причинить паршивцу невыносимую боль, от которой он не смог бы оправиться вовеки. Мне захотелось заставить страдать его так же сильно, как страдала моя задыхающаяся от чувств душа все эти долгие тысячи дней.

«Говоришь, готов сдаться в плен? Зря! Ведь я выпью до дна все твои мучения, исгрызу каждый кусок пылающей страстью плоти, вылижу дочиста твое сердце! Это будет расплатой за все унижения, через которые мне пришлось пройти, когда я заставляла себя поверить, будто переполняющая меня жажда – всего лишь грязная оплошность в контексте нашей бесполой возвышенной дружбы!»

Мой язык заскользил в ритуальном танце по желанному телу, опускаясь все ниже и ниже… Десятки раз мне приходилось стоять на коленях, чтобы доставить удовольствие мужчине. Даже и помыслить не могла, что однажды этим мужчиной станет Джудит. Ни стыда, ни страха, только безумное счастье принадлежности друг другу. Подобному никогда не повториться, я знаю, чувствую по невыносимой боли в груди, в глухом биении крови, но это совершенно не важно. Голые икры Джу подрагивают трогательно, по-детски, и жгучее желание уткнуться в них берет надо мной верх. Руки цепко обхватывают крепкие, как орехи, ягодицы, напряжено сжатые от ожидания… Как же я люблю тебя… Ну же, разорвись во мне тысячью снарядами. Утони во мне!

Когда все закончилось, он, обессилено упав в мои объятия, стал покрывать поцелуями мою шею, словно пребывал в экстатическом трансе. А я растроганно улыбалась, перебирая его густую шевелюру.