Читаем Улисс полностью

На столь вызывающее предложение м-р Цвейт отвёл, для смены темы, взгляд в некотором, однако, замешательстве, так до конца и не улавливая, что в этой конструкции с чем увязывается, пойди разберись. Явственней всего прочего проступала некая, своего рода, отповедь. Что и говорить, в его высокомерной холодности всё ещё сказывались пары его недавней оргии с примесью какой-то едкой горечи не свойственной ему в трезвом состоянии. Возможно внутрисемейная жизнь, которой м-р Цвейт придавал важнейшее значение, протекала не совсем так, как надо, или же он не водил дружбу с людьми нужного сорта. С долей опасения за его дальнейшую судьбу, он исподтишка разглядывал сидящего рядом молодого человека, с каким-то даже налётом преклонения, вспомнив, что тот совсем недавно из Парижа, глазами до того похож на своего отца и на сестру, однако, так и не прояснив для себя истинную суть вопроса, он перебрал в памяти примеры образованых ребят с не менее блестящими задатками, которые скапутились на старте от скоротечного разложения и тут уж некого винить кроме самих себя. Взять хотя бы случай того же О'Калагхина, прикольный чудик с респектабельными связями, но при скудных средствах, откалывал совершенно сумасбродные номера, и среди прочих его причуд, когда впадал в полный бзик, и тем сидел уже всем в печёнках, была у него привычка разгуливать на публике в костюме из обёрточной бумаги (факт). А потом обычный denouement этой забавы стал приедаться, и пара доброхотов посодействовали ему смыться, когда запахло жареным и Джон Мелон из Ловер-Кастл-Ярда сделал даже слепому коню понятный намек на статью из второго раздела Акта Поправки Уголовного Права, имена кое-кого из причастных были известны, но не разглашались по причинам, которые дойдут любому, если имеется хоть горсть мозгов. Короче, когда сплюсуешь два и два, шесть шестнадцать, на что он подчёркнуто оборачивался глухим ухом, Антонио и всё такое прочее, типа жокеи, эстеты и татуировки, что было самым модным писком в семидесятых, или около того, даже и в палате лордов, в молодые годы монарха, в ту пору несомненного престолонаследника, а остальные члены верхней десятки и прочие великосветские особы просто потянулись тропкой проторенной главою государства, и тут ему подумалось о заскоках в головах увенчанных славой или просто коронами, попрание морали, взять тот же корнуэльский случай, порядком лет тому назад, сколько их ни учат этикету, который вряд ли составлялся матушкой природой, добрейшая м-с Гранди так негодовала, хотя не из-за того, что на них подумали сперва, вобщем, кроме женщин, которые только рады случаю ущемить друг дружку, если не на всю, то хоть малость, а всё из-за нарядов и такого прочего. Дама, что любит шикарное нижнее бельё, и любой мужчина с хорошим портным, должны доводить различия до крайности, чтоб не раз-два и готово, а придать побольше настоящей стимуляции взаимным актам обладания, она у него расстегивает, а он на ней развязывает—осторожней, там булавка!—тогда как дикарям на людоедских островах при сорока, скажем, градусах в тени плевать на эти утончённости. Однако, подводя черту, кое-кому, с другой стороны, случалось выбиться наверх с нижней перекладины с опорой лишь на собственные шнурки. Просто сила природного дарования. Нужно с умом, сэр.

По данной и ей сопутствующим причинам, он чувствовал, что интересно, и необходимо даже, было бы выждать и использовать подвернувшийся случай, хотя он не смог бы толком объяснить почему, и без того уже потратив несколько шилингов, по собственной, фактически, как ни крути, склонности. Вместе с тем, знакомство с личностью неординарного калибра, дающей пищу для размышлений, сторицей возместит любые небольшие… Интеллектуальная стимуляция, как таковая, порой является первоклассным, как он чувствовал, средством тонизации ума. А тут ещё прибавились случайные совпадения встречи, разговора, танца, драки, морского волка, из породы нынче-здесь-завтра-там, полуночников, целая галактика проишествий, всё подводило к воссозданию миниатюрной камеи мира, в котором мы живём, особенно раз в последнее время жизнь подспудной десятой части, то есть шахтёров, ныряльщиков, мусорщиков и т.д. и т.п., оказалась под микроскопом. Не упускать же золотую возможность, а вдруг и ему повезёт, как тому же м-ру Филипу Бюфо, если взять да и записать. Может ему выпало описать нечто за пределами привычной повседневной колеи (он так и собирался), с расценкой по гинее за колонку, ЧТО Я ПОЧЕРПНУЛ, скажем так, В ИЗВОЗЧИЧЬЕЙ ЗАБЕГАЛОВКЕ.