Читаем Улисс полностью

Тута, вобщем, как я пришёл обратно, они диньдонили вовсю, Джон Вайз грил, что это Цвейт дал идею для Sinn Fein через Грифитса, помещать в газете про все подтасовки, надувательства и махинации с налогами для правительства и назначать консулов по всему свету для продажи ирландских товаров. Грабь Петра на подаяние Павлу. Е-бо, это ж полный маздец, когда в дело вдерьмуется долбаный пучеглазик. Им только дай долбаную зацепочку. Боже храни Ирландию от таких вот хитрожопых пронюханов. М-р Цвейт со своим кизяком мизяком. А до него старик евоный наяривал тута аферы, старый Мефусалем. Цвейт, грабитель-мешочник, что отравился прусской кислотой, после того как наводнил деревни своими безделушками и бриллиантами по пенни за штуку. Займы по почте на любых условиях. Выдаётся любая сумма денег под расписку. Расстояние не помеха. Никакого обеспечения. Е-бо, он как козёл Ленти МакХейла, готовый пройти кусочек дороги с любым и каждым.

– Всё-таки, это факт,– грит Джон Вайз.– А вот и человек, который вам скажет то же самое, Мартин Канинхем.

Точняк, подъехала замковская коляска, а на ней Мартин и Джек Повер с ним, и один по имени Крофтер или Крофтон, оранжист, генеральный сборщик на пенсии, раскатывает по округе за счёт короны.

Наши путники достигли деревенской харчевни и спешились со своих скакунов.

– Эй, прислужник!– вскричал тот, кто, судя по выражению лица, был предводителем компании.– Наглый плут! Сюда!

Говоря это, он громко постучал рукоятью своего меча в распахнутый ставень.

Держатель таверны появился на призыв, опоясываясь по полукафтану.

– Доброго вам вечера, господа,– молвил он со льстивым поклоном.

– Пошевеливайся, молодчик!– воскликнул постучавший.– Позаботься о наших конях. А для нас подай лучшее из всего, что имеешь, ибо, клянусь, нам это нужно.

– Увы мне, добрые господа,– молвил хозяин,– в убогом доме моём отыщется разве что одно лишь нагольное сало. Уж и не знаю что предложить вашим милостям.

– Что ты плетёшь, приятель,– воскликнул второй из прибывших, мужчина приятной наружности,– так-то ты услужаешь королевским посланцам, мастер Бочкодуй?

Мгновенная перемена расплылась по лику хозяина.

– Уповаю на ваше милосердие джентельмены,– подобострастно молвил он.– Коль вы посланцы короля (храни Господь Его Величество!), вам ни в чём нужды не будет. Друзьям короля (благослови Боже Его Величество!) не придётся голодать в моём доме, присягаюсь в этом.

– Так поживее!– воскликнул путешественник молчавший до сих пор, с виду страстный чревоугодник.– Чем же попотчуешь нас?

Держатель таверны поклонился вновь, отвечая:

– А что вы скажете, добрые господа, на пирог с начинкой из жирных голубей, жареную оленину, седло барашка, утку с поджаристой ветчиной, кабанью голову с фисташками, блюдо омлета с пылу с жару, яблочный пудинг и бутыль старого рейнского?

– Уйху!– вскричал говоривший последним.– Вот это по мне. Фисташки!

– Ага!– воскликнул путник приятной наружности.– И ещё болтает про убогий дом и нагольное сало. Весёлый шельмец!

Тута Мартин заходит и спрашивает, где Цвейт.

– Где ж ему быть?– грит Лениен.– Разлапошивает вдов и сирот.

– Разве не факт,– грит Джон Вайз,– то что я сказал Патриоту про Sinn Fein и Цвейта?

– Это так,– грит Мартин,– или так полагают.

– От кого исходят такие предположения?– грит Альф.

– От меня,– грит Джо,– я их перволажатель.

– Так он еврей или поганин, или свято-римский, или оранжист, или что он, чёрт побери?– грит Нед.– Вернее: кто он? Без обиды, Крофтон.

– Нам таких не надо,– грит Крофтон, который сам не то оранжист, не то пресвитерианец.

– Кто же Юниус?– грит Дж. Дж.

– Старик его был обращёный еврей,– грит Мартин,– из откуда-то в Венгрии, и это он составил все проекты по венгерской системе. Такие у нас в замке сведения.

– А этот не племянник дантисту Цвейту?– грит Джек Повер.

– Ничуть нет,– грит Мартин,– просто однофамильцы. Фамилия у них была Виреж. Так звали отца, который отравился. Он сменил её в установленном порядке, отец, то есть.

– Вот вам и новый мессия для Ирландии,– грит Патриот.– Для острова святых и мудрецов.

– Что ж, они до сих пор ждут своего спасителя,– грит Мартин.– В этом смысле мы тоже.

– Да,– грит Дж. Дж.– и каждый мальчик, что у них рождается, по их понятиям, может оказаться их мессией. Потому-то любой еврей приходит в дикое возбуждение, как мне говорили, при известии, что станет отцом или матерью.

– В ожидании, что любая минута станет для них следующей,– грит Лениен.

– О, Боже мой,– грит Лениен,– видели б вы Цвейта перед тем, как родился этот его сын, который умер. Я как-то раз встретил его на Южном Рынке, он покупал жестянку питания для младенца за пять недель до того, как жена его родила.

– En ventre sa mere,– грит Дж. Дж.

– И это называется мужчина?– грит Патриот.

– Интересно, он хоть прибирал её с глаз подальше?– грит Джо.

– Ну, во всяком случае, родились же двое детей,– грит Джек Повер.

– И на кого у него подозрение?– грит Патриот.