Читаем Улисс полностью

Гордость скалистой горы Калпе, чернокудрая дочь Твиди. Взросла она до несравненой красы там, где мушмула и альмонды полнят своим благоуханием воздух. Сады Аламеды знали её поступь: оливковые сады узнавали и кланялись. Беспорочная супруга Леопольда она теперь: Марион с благодатными грудями.

Но, чу! Туда вошёлодин из клана О'Моллоев, пригожий молодец с белым лицом и, вместе, несколько красноватым, советник его величества, обученный законам, а с ним князь и наследник благородного рода Ламбертов.

– Привет, Нед.

– Привет, Альф.

– Привет, Джек.

– Привет, Джо.

– Храни вас Господь,– грит Патриот.

– Да хранит вас милостивый,– грит Дж. Дж.– Что взять, Нед?

– Половинную,– грит Нед.

Тута Дж. Дж. заказал, значицца, выпивку.

– Вы из суда?– грит Джо.

– Да,– грит Дж. Дж.– Он это уладит, Нед,– грит он.

– Надеюсь,– грит Нед.

А об чём хлопочутся-то эти двое? Дж. Дж. отмазывает его из списка к рассмотрению в жюри, а тот заводит его в стильную жизнь. Ведь у него ж фамилия стоит в книге Штаббса. В картишки перекидываются, тосты пьют в своём высшем свете, вставят себе шикаристую стекляшку на глаз и глушат шампань, а сам весь в описях и в завале судебных распоряжений по его долгам. Закладывал свои золотые часы у Кумлиса на Френч-Стрит, где его никто не знает в частном порядке, а мы там как раз со Ссыкуном, выкупали его ботину. Как ваша фамилия, сэр? Дунн, грит. Ага, плюнь да дунь. Е-бо, он ещё наплачется, я так себе прикидываю.

– А вы там не видали этого долбаного лунатика – Брина?– грит Альф.– Э. Х. Эх.

– Да,– грит Дж. Дж.– Ищет частного детектива.

– Ага,– грит Нед,– и он хотел сразу же подать в суд, только Корни Келлехер отговорил, что сперва надо провести экспертизу почерка.

– Десять тысяч фунтов,– грит Альф и хохочет.– Боже, я б всё дал, чтобы послушать его обращение к судье и присяжным.

– Так это твоя работа, Альф,– грит Джо.– Правду полную правду и ничего кроме правды, да поможет тебе Джимми Джонсон.

– Я?– грит Альф.– Не бросайте свою тенденцию на мою репутацию.

– Любое твое показание,– грит Джо,– явится уликой против тебя.

– В принципе, дело можно составить,– грит Дж. Дж.– При условии, что он не non compos mentis. Э. Х. Эх.

– Compos тебе в глаз,– грит Альф и хохочет.– Ты будто не знаешь, что он с приветом? Посмотри на его голову. Сразу видно – в одно прекрасное утро он начнёт одевать шляпу пользуясь рожком для обуви.

– Да,– грит Дж. Дж.,– но в глазах закона истинность публичного оглашения не освобождает от ответственности за оскорбление.

– Ха, ха, Альф,– грит Джо.

– Да ещё,– грит Цвейт,– хотя бы ради несчастной женщины, я имею ввиду его жену.

– Пожалейте её,– грит Патриот.– Или любую другую, что выходит замуж за туда-сюда.

– Как это туда-сюда?– грит Цвейт.– Вы имеете ввиду что он…

– Я имею ввиду туда-сюда,– грит Патриот.– Который ни рыба, ни мясо.

– Ни добрый красный перчик,– грит Джо.

– Вот что я имею ввиду,– грит Патриот.– Причинный, если вам так доходит.

Е-бо, вижу собирается гроза. А Цвейт втолковывает про жестокость по отношению к жене, которой приходится таскаться за старым придурочным заикой. Жестокость по отношению к животным уже только в том, что этого долбаного, нуждой придавленного Брина вообще пустили нa травку, с его кудлатой бородёнкой, что только дождь притягивает. А она ещё так нос драла, что за него выходит, потому как кузен его старика был служкой при папе римском. Ути-вути, вона на стене его портрет, с его обвислыми усишками. сеньор Брини из Саммерхила. Уйтальянец, папский гвардеец при Святом Отце, отбыл из порта и отправился на Моховую-Стрит. А кто он, спрашивается, был? А никто – грузчик за шесть шиллингов в неделю, а тут поди ж ты – понацеплял висюлек на грудь, пуп земли.

– И к тому же,– грит Дж. Дж.,– почтовая открытка считается оглашением. Она была сочтена достаточным доказательством злого умысла в деле Сэдгроув против Хоула. По моему мнению, дело может составиться.

Шесть и восемь пенсов, пожалте. Кто спрашивает твоё мнение? Дай нам спокойно допить наши пинты. Е-бо, уж и этого не дают.

– Ну, на здоровье, Джек,– грит Нед.

– На здоровье, Нед,– грит Дж.Дж.

– Вот он опять,– грит Джо.

– Где?– грит Альф.

И, е-бо, он протаскивается мимо двери с его книженциями подмышкой, а рядом его гиена, и Корни Келехер покосил на нас своим стеноломным глазом, а сам его уговаривает, как папа родный, что старается продать ему подержанный гроб.

– Как идёт слушание по канадской афере?– грит Джо.

– Отложено,– грит Дж. Дж.

Это, значица, один из бутыльносого братства по имени Джеймс Воот, он же Шапиро, он же Спарк и Спиро, пришёл и дал объявление в газету, что устраивает проезд до Канады за двадцать круглых. Ну, как? У меня что, белок глаза зелёный? Ясно дело, это была долбаная нахлебаловка. Ну, как? Облапошил их всех, прибиралок и дуборубов из графства Мит, ага, и соплеменников тоже. Дж. Дж. нам рассказывал, один трухлявый еврей Зарецки, или что-то вроде, аж рыдал, как давал свидетельские показания, не снявши шляпы, божился святым Моисеем, что с него выдоили два золотых.

– Кто вёл слушание?– грит Джо.

– Регистратор.