Читаем Улисс полностью

– Мы его не желаем, – говорит Крофтер, оранжист или пресвитерианец.

– Кто такой Джуниус[1235]? – говорит Дж.Дж.

– Он – отпавший еврей, – объясняет Мартин, – родом откуда-то из Венгрии, и это именно он придумал все планы насчет венгерской системы[1236]. У нас в муниципалитете про это знают.

– А он не родственник дантиста Блума? – спрашивает Джек Пауэр.

– Нет, просто однофамильцы, – Мартин ему. – Его настоящая фамилия Вираг. Фамилия отца его, который отравился. Он получил разрешение сменить фамилию, то есть не он, а еще отец.

– Тоже мне новый мессия для Ирландии! – говорит Гражданин. – Остров мудрецов и святых!

– Что же, они все еще ждут своего искупителя, – говорит Мартин. – В этом смысле и мы как они.

– Верно, – продолжает Дж.Дж., – и про каждого новорожденного мужского пола они думают, что этот, может, и есть мессия. Так что у них, надо полагать, каждый еврей себе места не находит, пока не узнает, кем стал, отцом или матерью.

– Ждет, что ему вот-вот малец, – добавляет Ленехан.

– Мать честная, – вспоминает тут Нед, – видели бы вы Блума перед тем, как у него сын родился, тот, что умер потом. Помню, я его встретил на южном рынке, он там покупал детское писание, а дело-то еще было за полтора месяца до родов.

– En ventre de sa mere[1237], – говорит Дж.Дж.

– И это, по-вашему, мужчина? – Гражданин спрашивает.

– Интересно, он хоть разок сумел вообще задвинуть, – говорит Джо.

– Ну, как-никак, двое детей народилось, – Джек Пауэр на это.

– И кого ж он подозревает? – спрашивает Гражданин.

Ей– ей, в каждой шутке есть доля правды. Ни то ни се, сущий гермафродит, вот он кто. Сикун говорит в этом своем отеле он что ни месяц регулярно в постель головные боли как есть тебе баба с женским делом[1238]. Да знаете, что я скажу, если на то пошло? Одна бы польза была, если б ухватить вот такого вот недоноска за шкирку, да и шарахнуть в море к едрене Фанни. Оправданная мера самозащиты. А что, скажете, это по-человечески, огрести даровых пять фунтов и смыться, не поставивши людям хоть по единой пинте. Эх, господи благослови! Да тут не будет и блоху утопить.

– Вспомним про милосердие к ближним, – Мартин советует. – Но только где же он сам? Нам некогда дожидаться.

– Волк в овечьей шкуре, вот он кто есть, – говорит Гражданин. – Вираг из Венгрии! Агасфер, я бы его назвал! Проклятый богом.

– А у вас найдется минутка для краткого возлияния, Мартин? – Нед спрашивает.

– Если только одну, – отвечает тот. – Мы спешим уже. Порцию Джей-джей-си[1239].

– А вы, Джек? Крофтон? Значит, три половинки, Терри.

– Святому Патрику надо бы снова высадиться в Балликинларе[1240] и взяться за наше обращение, – Гражданин заявляет, – после того как мы позволили вот таким запаскудить нашу страну.

– Ну, будем, – говорит Мартин и тянется, поторапливаясь, за своей кружкой. – Всем тут присутствующим да окажет бог свою милость.

– Аминь, – заключает Гражданин.

– Окажет-окажет, не сомневайтесь, – это Джо.