Читаем Укус ящерицы полностью

– Брат один – я. – Браччи толкнул ногой дверь, и полицейские увидели двух молодых людей, лет по двадцать с небольшим, плотных и угрюмых. Оба работали у печи, раз в десять меньшей по размерам, чем та, что стояла в мастерской у Арканджело. Один, с короткой стрижкой, был в рубашке с подвернутыми рукавами. Обе руки украшали старые синие татуировки. Другой – постройнее, с длинными волосами – выглядел чуть менее агрессивным.

– Энцо.

Татуированный кивнул.

– Фредо. Мои сыновья. И работники. Мамаша их удрала в Падую с каким-то страховым агентом. Без бабы оно и лучше.

– Точно, – буркнул Энцо и сердито посмотрел на брата. Тот поднялся и закрыл дверь.

– И больше никого? – поинтересовался Перони.

– Нас было двое, я и Белла. Уж больно папаша хотел быть добрым католиком. Так что больше тут спрашивать некого. Браччи здесь живут уже пятьсот лет. Не верите – сходите в церковь и посмотрите сами. Старик как произвел двоих на свет, так и успокоился – мол, не переведется род. И мои парни так же поступят. А что касается Беллы… Она сама захотела выйти за одного из этих выскочек. Что ж, ее проблемы. Опять-таки.

Браччи остановился, решив, похоже, что зашел слишком далеко.

– Да? – подтолкнул его Перони.

– Дурацкая затея. Я это с самого начала знал. – Хозяин махнул рукой. – Так и не понял, зачем ей это надо было. Уриэль – не самый завидный улов. А Белла была красивая. Да. Могла бы подыскать и получше. Как будто… – Он поморщился, словно забыл, что хотел сказать, – Это уже после того, как отец умер. Он бы ее окоротил. Я-то думал, что все еще раньше решили, с его согласия. Никто ничего не знал, а потом они вдруг взяли да и поженились. Ну и что мне делать? Вендетту объявлять? Да их еще и Микеле поддержал. Я поначалу было подумывал, что это он на нее глаз положил, да только уж больно стар для Беллы. Все в деньги упиралось. Они, наверное, рассчитывали, что мы их вытянем. Белла ведь тоже со стеклом работать умела. Знала, что к чему. Приемы там, секреты кое-какие. Мы же здесь чужакам не открываемся. Но она их и не подпускала. Работала в одиночку, по ночам. По крайней мере она мне так говорила. Получалось у нее неплохо. Микеле, конечно, и хотел бы подглядеть, да только не посмел. На Мурано тем, кто в чужое нос сует, жизни нет. Что наше, то наше. И здесь останется, на сторону не уйдет. Тем более к каким-то лодочникам.

Коста кивнул. Долгими вечерами, когда заняться было нечем, он частенько читал книги по истории Венеции. В одной из них подробно описывалось зарождение и развитие стекольного производства на острове, куда его перенесли в тринадцатом веке по распоряжению дожа из-за постоянно возникавших в Венеции пожаров. Постепенно на Мурано сложилось братство стеклодувов, закрытая, напоминающая масонскую организация, члены которой клялись охранять секреты ремесла. Нарушителям клятвы грозили самые серьезные последствия.

– Так Белла разбиралась в стекле? – спросил Коста.

– С печью управлялась не хуже других, – подтвердил Браччи. – Вообще-то женщины такой работой не занимаются но Арканджело не такие, как все. Многого она не рассказывала, но они ей по крайней мере не мешали. У нее и одежда была своя. И фартук. Это она сделала из Уриэля настоящего омо де ноте. И чем ей отплатили?

Тем, что засунули в печь, подумал Коста. Причем без видимых причин.

– Вам не приходило в голову, что сестре угрожает опасность?

– Опасность? Белле? – Браччи рассмеялся. – Знали бы ее, так не спрашивали. Белла никого не боялась. И уж тем более этого своего муженька.

– И тем не менее кто-то ее убил, – напомнил Коста и тут же пожалел о сказанном.

Лицо Браччи сделалось вдруг темнее тучи, причем случилось это в считанные мгновения. Столь быстрая и бурная реакция говорила о человеке больше, чем ему, может быть, хотелось бы.

– Полегче, сынок! – взревел он. – Я это и без тебя знаю. И это ваше дело – выяснить, что там произошло. Знай я, что Уриэль замышляет против нее, я бы его самого в печь отправил. Но кто ж мог подумать?… – Он немного помолчал, остывая, раздумывая. – Хотите знать правду? Так вот, я и сейчас не верю, что это он сделал. Не могу поверить. Хотя… Может, такая ей судьба выпала, а я просто чего-то не понимаю. Ну, еще вопросы есть? Или дадите человеку поработать, а?

Работа. Похоже, Мурано только она и интересовала. Работа и деньги. И ради них ежедневные спектакли у огня, выставленные на видное место кубки и вазы, маяки, призванные привлечь уменьшающееся с каждым годом число туристов, заманить простаков в полумрак и заставить их раскрыть бумажник.

– Скажите, у вас есть ключи от мастерской Арканджело? – спросил Коста. – И где вы находились примерно в два часа ночи? Браччи вскочил, вихрем пронесся по комнате и рывком открыл дверь.

– Убирайтесь!

Полицейские остались на месте.

– Вопросы простые и совершенно безобидные, – заметил Перони. – И вашей скорби они не мешают.