Читаем Укус ящерицы полностью

— Да, да, да. — Перони махнул рукой. — Слышал, слышал. Только не забывай, мы здесь не у себя дома. И, откровенно говоря, я бы предоставил местным самим во всем разбираться. У нас есть приказ комиссара. Провести расследование. Четко и в срок. Преподнести результат ему на блюдечке. И свалить домой. — Он обхватил Терезу за плечи. — Домой. И требуется от нас только одно: выполнить указание начальства. Неужели это так трудно?

Нелегко, подумал Коста, но промолчал. Дело Арканджело оказалось далеко не таким простым, как представлялось, и они все прекрасно это понимали. Произвольное самовозгорание. Испорченный ключ. Запертый в собственном доме Альдо Браччи и буйная толпа у него за дверью. Мысль о Браччи гвоздем сидела в голове. Несчастный брат Беллы определенно что-то знал, но, похоже, еще не решил, стоить ли делиться этим знанием с другими.

От размышлений Косту отвлекла Тереза.

— У Сильвио есть кое-какие идеи насчет этого так называемого произвольного самовозгорания. Он ведь лучше меня разбирается в химии. Я отправила ему материалы. Проверит, проведет анализ. Завтра, самое позднее послезавтра мы будем знать больше.

— Что за материалы? — спросил Коста.

— Ткани. Волокна. Образцы одежды Уриэля. Люди просто так не загораются. По крайней мере в этом мире. Да, там было жарко. Условия довольно необычные. К тому же Уриэль, как известно, плохо слышал и почти не чувствовал запахов. Кто-то, кто знал об этом, мог обработать фартук. Вот я объяснение. Физические законы везде одинаковы. Вопрос в том, чтобы их понять. Может быть… — Она замолчала, и мужчины посмотрели на нее. Чтобы Терезе Лупо не хватало слов — такое случалось не часто.

— Может быть что? — подтолкнул ее Перони.

— Может быть, я и ошибаюсь. Все это смахивает на колдовство. Или, точнее, на алхимию. Я тут почитала, как они варят стекло. И впрямь алхимия. Технология, уходящая в глубину веков. Если вам вдруг захочется построить такую же, как у Арканджело, печь, можете не сомневаться — власти просто погонят вас из города, как только узнают, какие именно вещества вы собираетесь использовать. Стекло — прекрасный материал, но как, за счет чего получаются все эти удивительные цвета и оттенки… Я бы лично возиться с такими, мягко говоря, материалами не захотела. Не исключено, что какая-то субстанция попала на одежду или фартук. Случайно. Или…

Она хитро подмигнула им, как бы говоря: дальше, парни, думайте сами.

— Но если кто-то смог представить дело как произвольное самовозгорание, не значит ли это, что он и сам знает все технологические хитрости?

Нику сразу вспомнилась треснувшая печь. Тереза, как всегда, попала в точку. Сделать предстояло еще немало.

— А еще Белла была беременна, — добавил Перони. — Это тоже твоя заслуга. Спасибо. Только вот ее братец вряд ли стал бы тебя благодарить.

— Да… брат… — пробормотала Тереза.

Коста подумал, что напарник уже рассказал ей о последних событиях.

— На первый взгляд Альдо Браччи наш главный подозреваемый. Главный и единственный. Мы знаем, что когда-то они с сестрой крутили любовь. Он и сам признался. Алиби ему обеспечивают сыновья, а на их слово я бы не полагался. Белла рассказала ему о беременности и о том, что Уриэль отцом быть не может, — вот вам и мотив. А репутация за Браччи закрепилась прочная.

Терезу рассуждения Ника не убедили.

— Будь я на месте Лео Фальконе, — с наигранной скромностью заявила она, — я бы сказала, что вы подгоняете подозрения под факты. Любовь они крутили тридцать лет назад, так?

— Вроде того, — подтвердил Коста.

— Я не специалист по инцесту или совращению несовершеннолетних, но как женщина скажу вам так: не складывается. С чего бы это им вдруг так приспичило повернуть часы назад? На мой взгляд, большинство в такой ситуации предпочли бы забыть прошлое и никогда не вспоминать детские глупости. Чувства не свечки, их нельзя достать из шкатулки и зажечь, чиркнув спичкой. Кстати, что нам говорит статистика? Как насчет инцеста среди сорокалетних? Исключая совсем уж дикие места.

— А здесь разве не такое? — проворчал Перони.

— Нет. Здесь мы имеем дело с замкнутым сообществом, — возразил Коста. — Это не одно и то же.

— Согласна. Здесь как-никак город. Кто-нибудь обязательно бы что-нибудь пронюхал. И тогда бы об этом знали уже все. И что-то уже давно бы случилось.

Перони вытянул шею. Впереди покачивался на воде знакомый желтый знак плавучей пристани Фаро. Но было и кое-что новенькое: два ярких голубых неоновых знака, возведенных на соседнем островке. Один, над мастерской, гласил: «Стекловарня». Другой, раз в пять больше, растянулся полукругом над входом в палаццо.

— «Палаццо дельи Арканджели», — прочитал, прищурившись, Перони. — Если не забыла, кое-что все-таки случилось.

— Знаю, только…

Начинать спор заново ей не хотелось, но Коста понял, что имела в виду Тереза.

Моторка вдруг дернулась и остановилась. Взвизгнула сирена. Из кабины донеслись громкие, сердитые голоса.