Читаем Уксусная девушка полностью

— Одиннадцать, двенадцать… — Тетушка Тельма притворилась, будто не слышит. — Тринадцать. Боже мой! Тринадцать человек за столом — несчастливое число!

— Давайте добавим миссис Ларкин, — предложил доктор Баттиста.

— Миссис Ларкин умерла, — напомнила Кейт.

— Вот как.

— Кто такая миссис Ларкин? — спросила тетушка Тельма.

— Женщина, которая присматривала за моими девочками, — ответил доктор Баттиста.

— Ах, да. Она умерла?

— Давайте пригласим Эдварда! — влезла Белочка.

— К чему приглашать на семейное торжество репетитора по испанскому? — саркастично поинтересовалась Кейт.

Белочка едва не залезла под стол.

— Луис, — вспомнила тетушка Тельма, — твоя сестра еще жива?

— Да, но она живет в Массачусетсе, — ответил доктор Баттиста.

— Есть же у тебя какая-нибудь любимая коллега в "Школе для самых маленьких"? — спросила она у Кейт. — Или закадычный друг?

Кейт представила Адама Барнса, мрачно глядящего на нее поверх уэджвудского фарфора тетушки Тельмы.

— Ни одного, — пробормотала она.

Повисла пауза. Все смотрели на Кейт укоризненно — даже дядя Терон, даже Петр.

— Что не так с числом тринадцать? — воскликнула она. — Неужели вы настолько суеверны? Я вообще не хочу никаких гостей! Понятия не имею, почему согласилась! Думала, у нас будет скромная церемония без всяких излишеств — отец, Белочка, Петр и я. А теперь все вышло из-под контроля! Понятия не имею, как так получилось!

— Тише, тише, милая! — проговорила тетя Тельма. Она потянулась через стол и похлопала по салфетке рядом с племянницей — дальше ей было не достать. — Тринадцать человек за столом — нормально. Я просто пыталась соблюсти условности, вот и все. Мы нисколько не суеверны. Не забивай себе голову. Мы обо всем позаботимся. Скажи ей, Пиотр!

Сидевший рядом с Кейт Петр склонился к ней и обнял за плечи.

— Не волнуйся, моя Катя! — сказал он, дыша на нее перечным соусом.

— Как мило! — проворковала тетушка Тельма.

Кейт отодвинулась и схватила стакан с водой.

— Просто не люблю лишней суеты, — пояснила она и отпила воды.

— Конечно, не любишь, — ласково сказала тетя Тельма. — Никакой суеты и не будет, вот увидишь. Луис, где там твое вино? Налей ей бокал.

— Боюсь, вино закончилось.

— Все дело в стрессе. Невеста всегда волнуется перед свадьбой. Ну, Кейт, я хочу задать тебе еще один маленький вопросик и заткнусь: вы же не собираетесь уезжать сразу в день свадьбы?

— Уезжать? — не поняла Кейт.

— Я про медовый месяц!

— Нет.

Она не стала объяснять, что никакого медового месяца не предвидится.

— Чудесно! — обрадовалась тетушка Тельма. — Я полагаю большой ошибкой пускаться в долгое путешествие сразу после церемонии. Значит, наш маленький раут устроим вечером. Так гораздо лучше! Приступим пораньше, потому что день предстоит насыщенный. В пять или в половину шестого, начнем с напитков. Вот так. На этом, собственно, все. Давайте сменим тему. Цыпленок недурен. Неужели вы, мужчины, сами его приготовили? Впечатляет. Белочка, ты что-то хочешь сказать?

— Я вегетарианка? — воскликнула Белочка.

— Ну, конечно, милая. Ричард тоже через это прошел.

— Разве?…

— Спасибо, тетя Тельма! — горячо сказала Кейт.

На этот раз она была ей действительно благодарна. Как ни странно, невозмутимость тети подействовала на нее успокаивающе.

* * *

Дело было вовсе не в обычном волнении перед свадьбой.

Вопрос стоял иначе: почему это все вообще происходит? Почему никто не против? Неужели ее никто не остановит?

Во вторник снова была очередь Кейт дежурить в группе продленного дня. Проводив последнего ребенка до машины последнего родителя, она вернулась в группу, и вдруг все воспитатели и их помощники выскочили и закричали: "Сюрприз! Сюрприз!" Пока Кейт отсутствовала, они вылезли из всех укромных мест и накрыли стол скатертью, расставили бумажные стаканчики и тарелки, закуски и напитки, а на столик для "Лего" положили кружевной зонтик, в который насыпали кучу завернутых в красивую бумагу подарков. Адам перебирал струны гитары, миссис Дарлинг торжественно стояла возле чаши с пуншем. "Ты знала? Ты догадалась?" — спрашивали они растерянную Кейт, а она отвечала: "Ни сном, ни духом", что было совершеннейшей правдой. Они вручали ей подарки, сопровождая их многословными объяснениями: эти чашки заказали как синие, а прислали зеленые, миска для салата вполне выдержит мытье в посудомоечной машине, набор ножей можно на что-нибудь обменять, если у нее уже такой есть. Кейт посадили на почетное место — в кресло миссис Чонси — и угощали бело-розовыми кексами и домашними брауни. Адам спел "Мост над бурной рекой", мисс Фэйруэзер захотелось взглянуть на фотографию Петра. (Кейт продемонстрировала им фото, сделанное в ресторане. Коллегам жених показался симпатичным). Джорджина предложила пригласить его в четвертую группу на "Покажи и расскажи", но Кейт заверила коллег, что он слишком занят в лаборатории и не может терять время зря. Она боялась, что он устроит настоящий цирк. Миссис Бауэр посоветовала ей с самого начала объяснить мужу, что нельзя разбрасывать свои носки где ни попадя.