Читаем Укротители молний полностью

Наташка уходит в избушку. Сквозь вой ветра и нахлесты волн слышно тарахтенье мотора. Вначале тихое, потом — громче и громче. Савелий Тихонович прислушивается. Склоняется над костром, чтобы подгрести к нему угли, но сильная боль в груди прожигает его так, что он сникает у костра и сидит неподвижно. В это время из камышей с ружьями и с убитыми утками за поясами показались  Е г о р, С е р г е й  и  Т а н я. Видя, что  Н а т а ш к а  вышла из избушки и направилась к костру, они решили подшутить над ней. О чем-то перешептываются. Сергей незаметно протягивает руку в окно избушки и вытаскивает гитару.


Н а т а ш к а (подойдя к отцу). Что с тобой, пап?

С а в е л и й (с трудом переводя дух). Плохо, доченька…


Сзади на цыпочках подходят Егор, Сергей и Таня. Останавливаются в двух шагах от костра. Замерли. Таня подняла руку.


Н а т а ш к а. Принести лекарство?..


Таня делает взмах рукой, Сергей пальцами бьет по струнам гитары, и они громко, испугав Наташку, поют веселую рыбацкую песню. Савелий сидит, поникнув головой.


(Стараясь перекричать песню и вой ветра.) Замолчите, изверги!.. С отцом плохо!.. За-а-мол-чи-те!..


Егор зажимает струны гитары, дает знак прекратить песню.


Е г о р (склоняясь над отцом). Что случилось, отец?

С а в е л и й (с трудом). Помоги встать, сынок.


Егор и Сергей под руки осторожно поднимают Савелия.


Обидно… Испортил я вам охоту. Положите меня в избушке…


Затемнение.

КАРТИНА ТРЕТЬЯ

Квартира Ракитиных. Та же комната. Утро. Окна раскрыты. Потягиваясь, из смежной комнаты выходит  С е р г е й  с гантелями. Заканчивает утреннюю зарядку. Стучится в спальню к матери. Оттуда доносится бормотанье.


С е р г е й (полуоткрыв дверь). Графиня Ракитина, вставайте! Вас ждут великие дела!.. (Подходит к двери другой комнаты. Стучится и тоже слегка приоткрывает.) Юные леди!.. Покидайте объятья Морфея!


Из комнаты слышится голос Тани: «Пошел к черту! Дай поспать!..» Звонок в коридоре. Сергей идет открывать дверь. Из коридора слышится голос: «Телеграмма, распишитесь». Из спальни доносится голос Маргариты Петровны: «От кого телеграмма?.. Сережа, иди сюда!..» Сергей входит в комнату, кладет на стол свежие газеты, распечатывает телеграмму, читает. Ходит по комнате, потом идет на кухню, возвращается оттуда с сияющим медным тазом для варки варенья, с силой бьет по тазу деревянной колотушкой.


Свистать всех наверх!.. (Бьет колотушкой по дну таза, напевает.)

…Наверх вы, товарищи, все по местам!Последний парад наступает,Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,Пощады никто не желает…


Из комнаты слева выскакивают заспанные  Т а н я  и  Н а т а ш к а. На Тане халатик, на плечах Наташки покрывало.


Т а н я. Ты что, с ума сошел?!


Из спальни в ночном халате выходит  М а р г а р и т а  П е т р о в н а.


М а р г а р и т а  П е т р о в н а. Когда кончится этот цирк?!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия