Читаем Укротить дьявола полностью

– Решение держаться друг от друга подальше было правильным. Не становитесь таким ветреным, господин Чацкий. Будьте хоть в чем-то постоянны и уверены, а то доведете кого-нибудь до нервного срыва своей неопределенностью.

– Только глупые люди бывают уверены в чем-то на сто процентов, – констатирует Лео, покачивая кофе в стакане, будто загипнотизированный. – Умные ничего не возводят в абсолют.

– И чего ты хочешь?

Лео задумывается.

– Прогуляемся? – предлагает он, рассматривая дом за моей спиной. – Только не здесь. Поедем куда-нибудь. Мне нельзя светиться на людях, сама понимаешь.

– Сесть в машину к маньяку… – нарочито глубокомысленно протягиваю я, – это, конечно, заманчиво.

– Знал, что тебе понравится, – отвечает Лео с легкой усмешкой на губах. – Едем?

Сарказм на его лице превращается во что-то нежное и честное – в улыбку, которая бывает у парня, сделавшего предложение руки и сердца. У меня даже горло пересыхает. Я не понимаю, почему Лео вдруг так заинтересовался мной. Подозрительно.

Я делаю шаг вперед и цежу в его самодовольное лицо:

– Н.Е.Т.

Возвращаю стаканчик с кофе Лео и бреду по тротуару к остановке. Ветер бьет по щекам моими же волосами. Ледяной! Закончилась моя нирвана.

Я достаю капюшон кофты из-под голубого плаща, натягиваю его и, засунув руки в карманы, спешу исчезнуть.

Хватит с меня. Не хочу иметь дело с этим человеком. Он вновь уничтожит мою жизнь. Иного не дано. Особенно если он опять решил взяться за старое! Лео обещал, что никогда не вернется к криминалу. Пусть он и убивал только мерзавцев, сколотивших состояние на горе других, но… убийца есть убийца.

Вселенная дала мне шанс забыть Лео. И я обязана им воспользоваться, иначе закончу жизнь в лесу, копая себе могилу под дулом пистолета чокнутой семейки психопатов. Его тетя и сестра уже пытались застрелить меня. Это повторится. Без сомнений!

Надо держаться от Лео подальше.

Пусть это и сложно.

Он красив, умен, богат, чертовски сексуален и кажется идеальным мужчиной до того момента, пока не понимаешь, насколько опасно находиться с ним рядом. Словно прекрасный осенний шафран, он манит прикоснуться, но сделай это… и все может закончиться ужасно, ведь это проклятое растение – одно из самых ядовитых в мире. И противоядия от него нет.

– С.Т.О.Й! – Требует голос за спиной.

Передо мной вновь возникает стена, но на этот раз из внутренней стороны черного зонтика. Я делаю шаг назад и впечатываюсь в мужчину. Он притягивает меня к себе этим дурацким зонтом.

– Промокнешь, – усмехается Лео, его хрипловатый голос посылает по спине волну мурашек. – Давай я тебя подвезу.

Это еще зачем?

– Сама справлюсь, – бурчу я. От тела адвоката исходит приятное тепло, и мне хочется прижаться к нему, но я с корнем вырываю это желание, не позволяя себе совершать глупости. – И куда пропал кофе?

– Свой я выпил, а твой остался на моей рубашке.

Его взгляд скользит по моим взлохмаченным волосам, лицу, дрожащим пальцам, коленям… Медленно. Внимательно. Затем Лео протягивает руку – я захлебываюсь воздухом – и заботливо вынимает из моих волос желтый листик клена. Это застает врасплох. Около минуты я молчу, а потом волшебным образом умудряюсь ответить, глотая слова:

– В стакане еще половина была.

Лео серьезным тоном уточняет:

– Предлагаешь вытащить стакан из мусорного бака?

Я хмыкаю.

– Да, я бы на это с удовольствием посмотрела.

Он стирает дождевую каплю с моей щеки.

– Моя машина припаркована неподалеку, – говорит Лео и берет меня под локоть, тянет следом.

– Ты что себе позволяешь!

В малахитовых глазах появляется озорной блеск.

– Позволяю себе переживать о здоровье… моей подруги. – Лео интонацией выделяет последнее слово.

– Не стоит, – щурюсь я.

– Слушай, в чем твоя проблема? – не унимается он, по-прежнему держа мой локоть. – Вчера кричала о том, что мы друзья, а сегодня всем видом посылаешь к черту, когда хочу поговорить.

– У тебя биполярное расстройство? Ты сказал держаться подальше. А теперь ловишь меня зонтиками и тащишь к себе в машину! Скажи в психушке, что вам с мамой пора поменяться местами.

Легкая улыбка исчезает с лица адвоката. Я закрываю рот, имея жгучее желание ударить саму себя по губам.

– Прости, – бормочу я, – сказала, не подумав. Извини, пожалуйста. Извини. Мне очень стыдно.

– Все нормально, – вздыхает Лео.

– Не представляю, каково тебе видеть ее такой больше десяти лет, – тихо говорю я, опустив голову. – Моя бабушка была овощем несколько месяцев. Я чуть с ума не сошла.

Лео пожимает плечами.

– Со временем человек привыкает даже к невыносимой боли, если перестает ей сопротивляться. Когда ты принимаешь ее, плывешь с ней в одном потоке… становится легко. Хотя все по-прежнему. Меняется лишь твое отношение.

Я смотрю на Лео, не моргая, после чего отвожу взгляд. Боюсь, что расплачусь. Я скучала по нашим разговорам и сейчас повисла на грани от того, чтобы заорать, кем на самом деле мы приходимся друг другу.

Прикусив язык, я выныриваю из-под зонтика, тороплюсь уйти.

Лео нагоняет.

Спустя минуту я примиряюсь с тем, что он молча шагает рядом, держа над моей головой зонтик.