Читаем Уинстон Черчилль. Темные времена полностью

Наконец, есть еще один, поистине мистический[6] уровень несхожести и противоречивости судеб двух государственных деятелей: успешные периоды в жизни одного сопровождались провальными в жизни другого. Подобные зеркальные отражения можно встретить повсеместно в их биографиях. Идет ли речь о неудачах Гитлера с поступлением в Венскую академию художеств – и одновременно успехах политической карьеры Черчилля в Либеральной партии; об унизительном поражении в годы Первой мировой войны и восстановлении (душевном и физическом) после газовой атаки – и, зеркально, торжествах по случаю долгожданной победы; о стремительном захвате власти в Германии в 1930-е годы – и неудачах в это же время в британском парламенте; об установлении контроля над рядом европейских стран – и безуспешной попытке войти в состав правительства; о все более ухудшающейся ситуации в годы Второй мировой войны на одном полюсе и сменивших поражения победах – на другом; о закономерном выборе самоубийства – и триумфе победителя.

Черчилль и Гитлер были настолько сильными антиподами, что даже встреча между ними так никогда и не состоялась. Хотя возможность имелась. В 1932 году, во время поездки по местам боевой славы 1-го герцога Мальборо, Черчилль посетил Баварию. В ходе путешествия по этим удивительным местам он то и дело расспрашивал о «гитлеровском движении». Вскоре он убедился, что это движение составляет «главный предмет размышлений каждого немца». Он даже сам словно «ощутил атмосферу гитлеризма»¹⁸¹.

После посещения баварской деревушки Гохштедт, у которой состоялось самое знаменитое сражение его предка, Черчилль со своими путниками направился в Мюнхен, где провел несколько дней. Позже он вспоминал, что остановился в отеле Regina¹⁸¹. На самом деле британский политик разместился в другом роскошном отеле – Continental¹⁸³. Об этом сообщает человек, которому предстоит сыграть важную роль в описываемом эпизоде. Его имя Эрнст Ганфштенгль (1887–1975). Он познакомился с будущим канцлером Германии в 1923 году, дав ему в долг одну тысячу долларов для выпуска ежедневной газеты Volkischer Beobachter. В 1936 году дороги Гитлера и Ганфштенгля разойдутся, вынудив последнего покинуть Германию. Эрнст иммигрирует в США, где в свое время получал образование в Гарвардском университете. Во время учебы он познакомился с будущим президентом Франклином Рузвельтом. Именно с ним он и продолжил свою трудовую деятельность, выступая советником по вопросам Третьего рейха. В 1945 году Ганфштенгль вернется на родину.

Но все это будет потом, а пока, в 1932 году, Ганфштенгль был на хорошем счету у Гитлера. Не исключено, что именно по заданию лидера НСДАП он и появился в ресторане отеля, где ужинал Черчилль со своей командой. Также с немцем был знаком сын нашего героя, который освещал предвыборную кампанию Гитлера и хотел организовать встречу между своим отцом и набирающим популярность немецким политиком.

Представившись, Ганфштенгль стал много рассказывать о Гитлере. У Черчилля сложилось впечатление, что новый собеседник знаком с фюрером «весьма близко». Он решил пригласить его к столу. И не прогадал. Собеседник оказался «веселым и разговорчивым человеком», «чрезвычайно интересно рассказывающим о деятельности Гитлера и его взглядах». «Казалось, что он им очарован», – вспоминал Черчилль. После увлекательной беседы Ганфштенгль сел за рояль и «исполнил множество пьес и песен», так что британский политик получил «огромное удовольствие». Когда лед недоверия был растоплен, немец предложил Черчиллю встретиться с главой нацистов. Устроить эту встречу для него не составило бы труда. Гитлер ежедневно приходит в этот отель в районе пяти часов и был бы «очень рад увидеться» с потомком герцога Мальборо.

Черчилль не стал возражать против встречи, коснувшись при этом болезненной для Германии того времени темы – антисемитизма. Британский политик всегда с пониманием относился к проблемам еврейского народа. Среди его друзей было много семитов, а некоторые из его коллег даже считали, что главным недостатком Черчилля была его «чрезмерная любовь к евреям»¹⁸⁴.

– Почему ваш вождь так жестоко ненавидит евреев? – спросил Черчилль. – Я могу понять ожесточение против евреев, которые в чем-нибудь провинились или выступают против своей страны, мне понятно также, когда противодействуют их попыткам захватить господствующее положение в какой бы то ни было области. Но как можно быть против человека только потому, что он от рождения принадлежит к той или другой нации? Разве человек властен над своим рождением?

Черчилль считал, что Ганфштенгль рассказал Гитлеру о состоявшемся диалоге, и в частности об этой реплике. По всей видимости, он был прав, потому что желание фюрера встретиться с британским гостем резко сошло на нет. Он сослался на то, что «Черчилль сейчас находится в оппозиции и не привлекает внимания». «Аналогичные высказывания можно услышать и про вас», – парирует Ганфштенгль, но это не произведет на Гитлера должного впечатления.