Читаем Удар «Молнии» полностью

— Так вот вы какой, князь Барклай-де-Толли, — проговорил «брандмайор». — Много слышал о вас… Все-таки утерли нос… некоторым! Знали бы вы, какой ажиотаж поднялся!.. Но пока тихо. Знайте, генерал, я всегда поддержу вас. В любом случае… Понимаете, о чем говорю?

— Понимаю, — кивнул дед Мазай.

— В любом случае! — повторил он. — Ценю ваш подвиг и благодарю за службу.

Генерал едва удержался, чтобы не сказать — «Рад стараться!»…

— Но сейчас выводите свое подразделение в Моздок, — продолжил директор. — Так нужно. Это приказ.

— Не уйду, пока не соберу всех, — заявил дед Мазай. — Еще не установлено, где находятся пятнадцать моих бойцов.

Это слегка озадачило «брандмайора», видимо, кому-то дал обещание вывести «Молнию» из игры немедленно.

— Хорошо, — подумав, согласился он. — Собирайте и уходите.

Шутов привел Диктатора, поставил рядом с генералом, и один из охранников мгновенно пристегнул наручником свою руку к руке пленника. Тот обернулся к деду Мазаю, сказал через плечо:

— И у вас не все генералы — князья, господин Барклай-де-Толли.

— Да, к сожалению, — проронил дед Мазай. — Но это говорит о том, что стало слишком много… генералов.

Директор ФСК перевел взгляд с одного на другого — ничего не понял из этого диалога. Но спрашивать уже не было времени, охранники повели Диктатора к вертолету.

— Собирайте своих и уходите, — еще раз повторил он, уже на ходу.

Головеров еще стоял, смотрел им в спины и жевал яблоко.

— Иди, Глеб, — подтолкнул его генерал. — Ступай с Богом.

— Прости, Дед, — не глядя бросил тот и быстрым шагом нагнал уходящих.

Дед Мазай круто развернулся и пошел в свою сторону. На ходу он слизывал дождь, капли которого били в лицо, и отмечал, что дождь в Чечне уже давно имеет солоноватый привкус…

* * *

Группа Крестинина напоролась в Аргуне на диктаторский спецназ, численностью примерно до полусотни человек, хорошо подготовленный, экипированный и вооруженный вплоть до боевых машин пехоты со скорострельными пушками, «стингеров» и минометов. Скорее всего, он был выслан в Грозный после начала штурма, однако единственный из всех отступавших отрядов режима сумел точно определить тактику «Молнии» в Аргуне и ввязался с нею в бой. Среди всей неразберихи, беспорядочной стрельбы и суеты в ночном городе можно было довольно легко уйти, однако Крестинин еще пытался выполнить задачу: вывести из строя электроподстанцию, отрубить связь и захватить либо приготовиться к захвату административных зданий. Спецназ вычислил и эти намерения, поскольку все объекты оказались под охраной бронетехники противника, а мобильные его группы уже организовали поиск подразделения «Молнии». В результате, когда Крестинин решил уходить из города, на «хвосте» уже прочно сидели тренированные для таких целей ребята, снабженные аппаратурой для перехвата оперативных переговоров. Пришлось объявить радиомолчание, чтобы оторваться от преследования, сбить с толку и кружным путем вернуться в Грозный: на дорогах могли устроить засады.

По полному бездорожью, уже к утру группа пробилась к реке Аргун и вышла на трассу Минводы — Махачкала. Спецназ не успел оседлать мост, поэтому без задержек проскочили до перекрестка с дорогой на Итум-Кале и там были встречены огнем с укрепленного блок-поста. Не принимая боя, Крестинин свернул на проселок и пошел в обход опасных участков, однако едва вернулся к дорожному полотну, как тотчас же был обстрелян из минометов и автоматических пушек. Стало понятно, что путь на Грозный ему перекрыт и теперь, где бы ни появились эти три «меченых» БТРа, везде будут встречены огнем.

Оставалось бросить всю бронетехнику и возвращаться старым казачьим способом — своими ногами в ночное время, просачиваясь сквозь посты и заслоны. К тому же неясной была обстановка в Грозном. «Свой» радиоперехват отмечал, будто в городе уже нет оппозиционных сил и он сейчас стоит пустой, без всякого контроля. Крестинин терялся в догадках, не мог понять, что там случилось такое, что заставило отступить войска Чеченца. Расчленять в такой ситуации группу было нельзя, можно запросто потеряться на просторах, где неизвестно, что происходит. Удаление же от «Молнии» было таковым, что оперативные радиостанции оказались бесполезными, а стационарные в БТРах не действовали с самого начала: бронетехника силам оппозиции поступала со складов Северо-Кавказского военного округа, где простояла на хранении до восьми-десяти лет. Все резинотехнические детали истрескались, из двигателей гнало масло, отказывали генераторы, и потому новые аккумуляторы катастрофически садились.