По осеннему парку, усыпанному облетевшей листвой, шли под руку молодая женщина и старик. Если бы их увидел какой-нибудь случайный прохожий, то он наверняка решил бы, что это дочь вывела на прогулку своего пожилого отца.

— Вот видите, дорогая Ольга, как легко решается наша проблема, — добродушно произнёс старик, — Достаточно было Разумовскому всего лишь намекнуть, что её высочество серьёзно увлеклась нашим наследником, и с большой долей вероятности завтра эта наша проблема будет устранена. Всё просто.

— Очень элегантное решение, — согласилась с ним женщина, — Я и не думала, что Георгий так сильно любит Анну!

— Да какая любовь, о чём вы, любезная моя!? — захихикал дед, — Чистая политика. У них в кои-то веки появился свой виртуоз, и они стараются максимально эффективно этим воспользоваться и подобрать ему лучшую партию. А кто у нас может быть лучшей партией, чем представитель императорского рода? К тому же и император не против породниться с виртуозом. Вот только весьма опрометчиво пообещал внучке, что без её согласия замуж не выдаст. Вот и приходится им подбирать к ней ключики, параллельно конкурентов устраняя тем или иным способом.

— А как вы узнали, что Михаил с её высочеством будут сегодня в аквапарке? — поинтересовалась Ольга.

— Я не знал, — покачал головой дед, — Эту информацию Разумовским слил кто-то другой…

— А если Михаил сбежит? — чуть подумав, спросила Ольга.

— То так будет даже ещё лучше, — весело ответил дед, — Он потеряет репутацию и полностью дискредитирует себя. А у императора не будет даже формального повода для недовольства нами. Нет, определённо, сегодня замечательный день! — довольно потёр руки дед, поднимая вверх голову, подставляя лицо под лучи осеннего солнца.

— Пойдёмте, дорогая Ольга, я покажу вам своё самое любимое место в этом парке…

Также под ручку, они медленным шагом продолжили свою прогулку…

* * *

Анна взяла кисть по тоньше, аккуратно окунула её в баночку с краской, и нарисовала на холсте ещё одну волнистую линию. Сделала шаг назад и критически глянула на полотно. Она только начала писать свою картину, и если бы сейчас её увидел сторонний наблюдатель, он ни за что не угадал бы, что именно хочет нарисовать девушка. Целиком вырисовывающаяся картина пока была только у неё в голове. В дверь постучали.

— Войдите!

— Ваше высочество, — заглянула в комнату служанка, — Вас к телефону. Княжич Разумовский.

— Спасибо. Иду, — Анна помыла кисточку, положила её на место, и вышла из комнаты.

— Слушаю, — сухо произнесла она в телефонную трубку.

— Дорогая Анна, я надеюсь, вы не слишком расстроились произошедшим сегодня? — врадчивым тоном поинтересовался Разумовский, — Если вам очень дорог этот молодой человек, то я могу его и не убивать. Одно ваше — «Да!» на моё предложение, и он будет жить…

— Мне это не интересно, — так же сухо ответила Анна и не прощаясь повесила трубку.

— Сегодня меня ни для кого больше нет! — бросила она служанке, которая лишь кивнула в ответ, и пошла в свою комнату. Надо было закончить картину. А потом… начать новую.

Глава 20

— …ну а дальше я попросил Андрея Радченко и Игоря Рассказова стать моими секундантами, и завтра в полдень у меня состоится бой на Центральной городской арене, — закончил я рассказ о своих злоключениях наставнику и Дмитрию Петровичу. Те слушали молча и не перебивали меня. Когда я замолчал, они переглянулись и одновременно встали с кресел.

— Так. Ты займись загранпаспортом для него, — бросил Кузьма Петрович помощнику князя, — Я же подберу вариант, куда ему ехать. Насколько я помню, у нас есть кое-какая недвижимость в Тайланде и Португалии. Там как раз дуэли запрещены. Сейчас свяжусь с нашими местными управляющими там, узнаю, в каком состоянии дома, и тогда уже решим, куда билеты брать.

— Я ещё с банками свяжусь, — кивнул ему согласно помощник, — Надо будет свободные средства в местные банки перевести. У них там, насколько я помню, какие-то сложности с иностранными банками. Необходимо обеспечить княжича средствами года на два.

— Стоп! — тормознул я их, — Вы меня не забыли спросить? Я никуда не поеду! На кону честь клана. Я выйду завтра на бой! — пафосно произнёс я, хотя на самом-то деле насрать мне на честь клана. Мне просто надо было хоть как-то обосновать своё решение. Может, прокатит?

— На какой ещё бой ты там собрался, идиот? — вспыхнул наставник, падая обратно в кресло.

Блин, не прокатило…

— Это не бой, а избиение младенца будет! Ты хоть примерную разницу между мастером и виртуозом представляешь? Последний на порядок сильнее! Против виртуоза в бою должны не меньше пяти мастеров выходить! Минимум! О чести клана надо было раньше думать, до вызова на дуэль! Нет никакой чести в бесславной смерти в поединке, — мрачно добавил он.