Засмеявшись и замахав руками, Булач успокоил меня: «Да что там! Ничего такого не было. В мои-то годы всякое бывает. Ну, чуть-чуть сердце пошалило. Я уже старый…»

«Не говорите так, не говорите, пожалуйста, – пытался я вставить: – живите долго-долго, ради Аллаха!»

«Вы тоже живите! Ради своих детей, вы еще молодой. Берегите себя. Вот ради этого молодого человека». – Булач Имадутдинович показал рукой и похлопал по плечу Джафара, стоящего рядом.

«Заходите к нам», – сказал он, протягивая мне руку, улыбаясь своими тонкими губами на сухощавом, приятном лице.

1 сентября. Сегодня в городе оживленно и весело. С площади доносилась музыка. Погода после пасмурной, прохладной ночи улучшилась, солнце вовсю грело землю. Первый день осени.

Лето, как это ни грустно, прошло. Дети спешили в школу. Люди шагают бодро, улыбаются.

Еще бы, ведь сегодня как-никак праздник – День знаний, дружбы и любви друг к другу, к книге.

Встречаю Булача Имадутдиновича. Я еще издали заметил его легкую, пружинистую походку.

Тепло пожимаем друг другу руки, поздравляем с праздником.

– Хотя на День знаний меня никто не пригласил в школу, но я все-таки пошел. В этот день я вновь должен видеть детей, – говорит он с искоркой в глазах.

– Что вы, Булач Имадутдинович, вас и не нужно приглашать, вы достойны любого мероприятия в городе, – мягко вставляю я.

– Ладно, ладно, – смеется он, и глаза его озорно и лукаво светятся. – Извините меня, ради Бога, я хочу размять ноги и поэтому хочу откланяться. Мне надо немного походить.

Булач Имадутдинович пожал мою руку, даже дважды, затем дружески помахал рукой.

Октябрь. Много дней я не видел Булача Имадутдиновича, мне чего-то не хватало. «Моего старшего товарища!» – мелькнуло в голове.

Я видел его по телевизору – в передачах он рассказывал о Шамиле, о войне на Кавказе. Его можно было увидеть по телевидению на торжествах в Дылыме, в Махачкале на конференции и других мероприятиях, посвященных 200-летию со дня рождения легендарного Шамиля.

И вот сегодня около здания Культурного центра в солнечный день стоит Булач. Он дышал свежим воздухом, подставив солнцу седую голову, и что-то рассказывал пожилому человеку.

Я поздравил Булача с награждением его медалью имени имама Шамиля.

Беседуя с ним, вот что я услышал о Шамиле и истории Дагестана: «Мое первое знакомство с Шамилем произошло в 1932 году, в Гунибе, куда мы с братом добрались пешком. Затем отправились дальше, в горный Мегеб, на свою родину.

В свое время очень многие пострадали из-за Шамиля.

У меня тоже были трудности. Называли националистом и человеком, ненавидящим Россию и русских. Правду писать не давали, запрещали издавать книги о Шамиле, вести передачи на телевидении. Моя книга «Шамиль от Гимры до Медины» увидела свой свет лишь через 12 лет, в 1992 году».

Январь 1998 года. С Булачом Имадутдиновичем мы не виделись достаточно долго. И вот встреча в Культурном центре. Я подарил ему свой вышедший новый сборник «Изречения, занимательные вопросы, кавказские тосты».

Булач Имадутдинович мне тоже подарил свою новую книгу о брате «Магомед Гаджиев: от Дагестана до Антарктиды». Книга мне очень понравилась, тронула меня, и я написал стихотворение под впечатлением прочитанного.

Прочитав это стихотворение, Булач Имадутдинович был очень тронут. Он едва справлялся с охватившим его волнением. Я признался, что стихотворение было написано на одном дыхании.

Как это было здорово общаться с ним, слышать его, следовать его умным советам! Сегодня его нет с нами. Но его светлый образ навсегда останется в сердцах наших.

Он называл нас «гаджиевцы мои»

Я окончил Буйнакскую школу № 5 в 1968 году. Булача Имадутдиновича помню еще с 4 класса. Утром я всегда торопился в школу, приходил всегда за полчаса до начала занятий.