Читаем Ученик полностью

Она приходит раз в неделю. Приносит магнитофон, блокнот и несколько ручек, чтобы делать записи. И еще она приносит свое любопытство, демонстрирует его бесстрашно и бесстыдно. Ее любопытство чисто профессиональное — во всяком случае она так считает. Она придвигает свой стул поближе к моей кровати и устанавливает микрофон на тумбочку, так чтобы он ловил каждое мое слово. Потом наклоняется ко мне, выгибая шею, как будто предлагает мне свое горло. Какое у нее чудное горло! Она натуральная блондинка, с бледной кожей, и ее вены выделяются изящными голубыми линиями под прозрачной кожей. Она смотрит на меня без всякой боязни и задает свои вопросы.

— Ты скучаешь по Джону Старку?

— Вы знаете, что да. Я потерял брата.

— Брата? Но ведь ты даже не знаешь его настоящего имени.

— Да, меня и полиция постоянно об этом спрашивает. Но я не могу помочь им, он никогда не говорил мне, кто он на самом деле.

— Между тем ты переписывался с ним все то время, что находился в тюрьме.

— Имена были для нас не важны.

— Вы достаточно хорошо знали друг друга, раз убивали вместе.

— Это было лишь раз, на Бикон-Хилл. Мне кажется, это все равно что заниматься любовью первый раз, когда партнеры только учатся доверять друг другу.

— Выходит, убивая вместе, вы узнавали друг друга?

— А разве есть лучший способ?

Она вскидывает брови, как будто не уверена в том, что я говорю серьезно. Но это так. Я не шучу.

— Ты называешь его братом, — говорит она. — Какой смысл ты в это вкладываешь?

— Мы были связаны. Это были священные узы. Так трудно найти человека, который бы полностью понимал тебя.

— Могу себе представить.

Я очень чутко улавливаю сарказм, но сейчас я его не слышу в ее голосе, не вижу в ее глазах.

— Я знаю, на свете есть и другие такие же, как мы, — говорю я. — Главное — найти их, наладить контакт. Мы ведь все хотим найти себе подобных.

— Ты так говоришь, будто вы принадлежите к какому-то особому подвиду.

— Homo sapiens reptiles, — отвечаю я.

— Не поняла.

— Я читал, что в нашем мозге есть участок, который достался нам от рептилий. Он контролирует самые примитивные функции организма. Скажем, драку и полет. Совокупление. Агрессию.

— О, ты имеешь в виду Archipallium.

— Да. Мозг, который мы имели до того, как стали людьми и приобщились к цивилизации. В нем нет ни эмоций, ни сознания, ни морали. В общем, то же самое, что вы видите, глядя в глаза кобры. Эта же часть мозга отвечает за стимуляцию обоняния. Вот почему рептилии так чутки к запахам.

— Совершенно верно. С точки зрения неврологии, наша обонятельная система тесно связана с Archipallium.