Читаем Учебник рисования полностью

— Вы хотели мне попенять за судьбу Михаила Зиновьевича Дупеля? Гибнет человек, не так ли? А почему, спрошу я, его судьба должна отличаться от судьбы многих бесправных — чем он лучше? Если сочувствуете — так всем, а не сочувствуете — так никому. Да, признаю, я его из норы выманил. Вышел он, как кролик на морковку, — я его и сцапал. Да, я его нефтяную империю присвоил, а самого предпринимателя Дупеля в тюрьму посадил. Нарочно посадил, по плану, по расчету. И сгною его, дурня, в тюрьме, не сомневайтесь. Паршивая камера, Борис Кириллович, на отель «Ритц» не похожа. До смерти сгною, не нравится он мне, пусть сдохнет. Он шел на риск? Шел. Ну, вот и нарвался. Теперь пусть подыхает. Он не лучше, чем крестьяне в Тиморе, не праведней индонезийских батраков, не краше черномазых конголезцев — пусть дохнет, как все дохнут. Что ж вы молчите, что ж не выражаете протестов?

Что там дальше идет? Свободная пресса? Крушение идеалов? Открытое общество? Вы подальше бегите из России, мой вам совет, в джунгли забейтесь — поглуше чащобу выберите — вот там и будет открытое общество, а другого не придумали. Вы бы в свое время подсказали Мишке Дупелю туда дорогу — глядишь, уцелел бы.

Не успел сбежать Дупель, поймали. Руки скрутили, шнурки из ботинок вынули, галстук сняли — и в тюрьму. Все. Точка. Раньше надо было бежать — давно, когда только надыбал первые миллионы — вот тогда и надо было драпать. Опоздал — а теперь все, хана Дупелю.