Читаем Убить судью полностью

— У меня бронхит, но я попробиваю, наверняка что-нибудь выгорит. Давай связь держать, я пока тут, и как что, сразу дам тебе знать, я думаю, получится достаточно аккуратно. — Я всегда так отвечал, когда не хотел ответить что-то конкретное, или когда не хотелось говорить, да или нет. Мне нужно было подумать, выгодно это или нет, а сразу отказываться или предлагать свои услуги я не мог, потому что думаю я долго. Над чем-то конкретным думаю долго. А так чисто порассуждать вокруг всего конкретного я могу быстро и точно, но от этого нет никакого толку. Поэтому даже про себя я говорю: все это достаточно аккуратно, потому что даже себе не могу дать четкого ответа. Кстати, вот о чем я сейчас подумал:

— Слушай, Ретик, а почему надо сидеть в холодильнике, ведь можно просто заморозить жилет с икрой, а потом надеть его на человека?

— Дядя говорит, икра быстро растает, если твое тело будет теплым, а у нас, когда дядя говорит, с ним никто не спорит: традиционное общество, непререкаемый авторитет старших. В Турции раньше тоже так было, а сейчас, в связи с планами вступления в Европейский cоюз, все изменилось. Европарламент сразу сказал: губу не раскатывайте, пока не научитесь считаться с мнением молодежи, даже если они в основном подонки.

— Круто! Дашь книжку полистать на ночь… На две-три… ночи?

— А ты насколько приехал?

— Не знаю, пока не уб… пока не убедюсь, что пора уезжать.

— Ну возьми, только с икрой решай быстрее, или я другого искать буду.

— Да, хорошо, так-то я найду куда сбывать, только курьером, наверное, не буду… Щас из-за этого терроризма даже золотое кольцо в жопе не провезти. Бедные контрабандисты.

— Да… У нас даже отели иногда взрывают.

— Да ну?

— Да… Но только не так жестко, как у вас, мы же все-таки свои, у нас заложат взрывчатку, а потом звонят и предупреждают, взрывают, только когда все эвакуируются.

— Гуманно… Давай пойдем, а то я чувствую, и массаж уже не поможет.

Мы встали, отряхнулись от песка и пошли в отель. Лягушки квакали. Ветер нес запахи. Я обзавелся полезным знакомством, хорошей книгой, туфлями для боулинга и возможностью подумать о своем будущем. Черная икра могла поднять меня по социальной лестнице вверх. Хотя и скатиться тоже можно. В общем, все достаточно аккуратно.

— Бай!

Ретик побрел в отсек персонала, а я пошел к себе. Странно, но Наташи в номере не было, и я смог спокойно почитать книгу с картинками. Хотя, конечно, спокойно мне не было. И вот так в спокойном беспокойстве я и заснул. И сон мне приснился ужасный. Очень нехороший сон. А значит, что-то может произойти. Мне приснилось, что мы вчетвером ловим голубей, насаживаем их на рыболовные крючки и пытаемся поймать на этих голубей рыбу в море. Мы закидывали спиннинги с голубями посильнее, так, чтобы голубь нырнул как можно глубже. Но голуби выныривали из воды и пытались улететь. Нужно было наловчиться и поймать осетра на голубя до того, как голубь вылетит из воды. Я знал, что осетры нужны нам для икры, но поймать их не удавалось. Меня разбудила Наташа. В комнате сидели Хот-Дог и Пепси.

— Вставай! Вставай давай. Я его нашла!

— Как?

— По Интернету. Появилась информация, что он как раз в нашем отеле!

— Мы же вчера все обыскали здесь.

— Видимо, плохо искали. И потом тут бани, массаж, экскурсии… Он, может, на месте не сидит. Мы решили, сейчас идем на завтрак и караулим, пока он тоже не придет на завтрак.

Я обратил внимание, — кровать Наташи была не тронута, значит, она ночевала не со мной. Какой нехороший сон… Хотя, может, это потому, что обгоревший живот всю ночь горел… вот сон и приснился… а раз так — ничего страшного не произойдет…

— Давай, давай, давай, умывайся, что ты так долго соображаешь?!

Я пошел в ванную.

— Так что, мы уже днем домой поедем?

— Какой домой! Я пока не заживу, домой не поеду! — Хот-Дог дул под гипс и кряхтел. — А, чешется! Стержень есть, ручка? Надо что-то просунуть!

— На улице травинку найдем со стеблем! Потерпи до улицы. — Пепси с отвращением смотрел на Хот-Дога.

— Не чеши! Быстрее заживет! — Наташа стала рыться в своих сумках, нашла помаду и принялась подкрашиваться.

— Днем, спрашиваю, домой? — Я выплюнул воду с пастой и начал быстро соображать по поводу икры, раз так быстро может разрешиться дело с судьей.

— Ты что, ты думаешь, мы его сразу за завтраком и убьем, что ли? Мы будем следить, выясним его распорядок, надо убить так, чтобы никто не видел, по-тихому.

Я вышел из ванной и стал соображать, что надеть, чтобы выглядеть не так, как вчера. Я не любил ходить в одном и том же. Новый день, новая одежда. Тогда есть какой-то смысл, что это новый день, а старый закончился.

— А я думал, мы его показательно грохнем, так, чтобы это было сразу понятно, за что и кто.

Пепси задергался.

— Да, надо как-то и самим не спалиться, но чтобы и все вокруг ужаснулись, а то чо так?

Хот-Дог тоже стал соображать.

— Можно, кстати, оставить записку, типа: «Не суди, да не судим будешь»!