Собираясь было нажать на кнопку отправки, Ханут замер, снедаемый любопытством. Точка на небе приближалась, нацеленная на группу у подножия пирамиды.

Тан откашлялся:

— Я много думал о твоем положении, мой маленький друг, и пришел к мысли, что есть один возможный выход. Если тебе хватит на это мужества. Как тебе известно…

— Выкладывай, — рыкнул Ханут, — не время выслушивать твои монологи.

Тан пронзил его взглядом, но перешел прямо к делу.

— Ты мог бы разбудить Могущественное Проклятие, — сказал он, наполнив своим смертельным шепотом неподвижный воздух Лимба, — и обрушить его рок на весь мир и на все, что в нем есть. Включая Рыбку Джонса.

Наступило гробовое молчание, а затем Ханут задрал голову и взвыл от смеха.

— Идиот, — фыркнул он. — Могущественное Проклятие утрачено, никто не знает, где оно. К тому же это уничтожило бы весь мир!

— Именно, — пробубнил Тан. — Более того. — Глубоко во мраке капюшона блеснули страшные глаза.

Все еще завывая от смеха, Ханут испарился. Гримшо едва заметил, как он исчез. Это правда, Могущественное Проклятие было потеряно, но идея Тана повергла его в беспокойное волнение, он хотел обсудить ее. Оба демона не заметили фигуру на горизонте, которая приблизилась и походила на маленькую змею с крыльями, быстро летящую в их сторону. Видно было не только змею. Ее длинные волосы развевались следом, образуя золотистую вуаль, которая выделялась на фоне тусклого серого неба, и даже на таком расстоянии можно было различить блеск зеленых глаз.

— Но… То есть… Как мы можем узнать, где находится Могущественное Проклятие? Его не может быть в Лимбе со своим Создателем, иначе мы бы знали.

Тан плавно повел рукой.

— Я много думал об этом, мой друг. И полагаю, — сказал он мягко, наклонившись к демону, — у меня есть по крайней мере половина решения. Могущественный Айменга создал проклятие, чтобы оно подействовало один раз, а затем прекратило свое существование. Поэтому, когда он умер, его душа перешла туда, куда отправляются бессмертные души, пытавшиеся погубить мир.

Гримшо прижал уши к костлявой голове. Тан сделал шаг назад, давая ему время обдумать то, что он сказал.

— То есть… ты хочешь сказать… что оно со своим Страдальцем? Оно в Реальном Мире, так?

— Именно!

— Но где в Реальном Мире?

— Эта часть мне неизвестна. Но я подумал… Тебе уже раньше хватило мужества задать вопрос Сестрам Радости, может, ты мог бы попытаться еще раз? Они Воплощения ангелов, хоть и низкого положения, они наверняка должны это знать.

Гримшо с благодарностью улыбнулся Тану, но что-то беспокоило его. Он наморщил лоб.

— Это очень приятно, что ты придумал все это, — медленно сказал он, — ведь это также коснется и тебя.

— О чем это ты, мелкий? — Тан повернул голову в капюшоне, и Гримшо почувствовал на своем лице страшный взгляд друга.

— Ну, если никого не останется в Реальном Мире, некому будет вызывать проклятия, разве все они не нарушатся? Наши Создатели, скорее всего, умрут и направятся к Тому, Что Ждет. А все Воплощения, ангелы и демоны, они… Что станет с нами? — Гримшо повел ушами и вгляделся в глубины капюшона. — Особенно учитывая тот факт, — медленно продолжал он, — что ты столько усилий приложил к тому, чтобы твое проклятие и ты существовали вечно.

Вдруг Гримшо осознал всю правду. Он понял, почему Тан всегда казался несчастным и почему он на самом деле убил последнего представителя дома Омбреев — не для того, чтобы жить вечно, а в попытке прекратить проклятие!

— Это ты хочешь этого! — воскликнул Гримшо. — Прекратить все проклятия, чтобы и ты прекратил существование! — Сгорбив костлявые плечи, демон сердито зашипел на Тана, почувствовав глубокую обиду. — Ты меня используешь!

Слова повисли в неподвижном воздухе Лимба. Все это участие и помощь были не чем иным, как планом Тана освободиться от своего рока.

Тан пристально посмотрел на Гримшо, затем пренебрежительно отмахнулся.

— Так что, мелкий, — холодно сказал он. — Хочешь обсудить тактику или нет?

— ИЛИ НЕТ! — пропел знакомый голос у них над головами.

— Флейта! — Гримшо вскрикнул, когда верткое тело спикировало вниз и две костлявые руки вцепились ему в плечи, отрывая демона от земли.

Застигнутый врасплох, Тан не сразу среагировал, но затем потянулся и схватил одну из удалявшихся задних лап Гримшо.

— Он мой! — взвыл Тан. — Он мне сейчас нужен! Отпусти… гарпия!

Флейта визжала от смеха, все еще таща демона наверх. Тан не разжимал хватки, тогда как Гримшо орал и барахтался, пытаясь избавиться от их рук. Но хоть Тан и внушал ужас, Флейта была сильнее и крепче вцепилась в демона. Почувствовав, как руки друга, державшие его за заднюю лапу, ослабевают, Гримшо заорал еще громче.

— Разыщи меня! — скомандовал Тан, когда Сестра вырвала Гримшо из его руки. Его низкий голос звучал в воздухе подобно похоронному колоколу. — Разыщи меня, мелкий, и я поведаю тебе, что предпринять, чтобы исполнить наше заветное желание!

25

Море из стекла

— Уютно, ты не находишь? — У Гримшо над головой послышался хладнокровный голос Флейты.