Читаем Убить перевертыша полностью

И тут же Сергей подумал о другом: если они, призванные блюсти безопасность, все были такие предусмотрительные, то почему не предвидели развала государства? А если предвидели, то почему не предотвратили... Не-ет, не предвидеть не могли. Значит, не предотвращали. Значит, выполняли приказ. А подчинялись они только высокосидящим номенклатурщикам. А поскольку эти номенклатурщики как были, так и остались наверху, только перевернулись - перевертыши, то и предателей надо искать среди тех, кто сейчас у власти...

Не-ет, не уйти нормальному человеку от этих суждений, а значит, и от осуждений, и от участия в деяниях, какие в недавние времена назывались антиправительственными, то есть преступными...

Вот так уголовно наказуемое становится законоодобряемым, а безнравственное - нравственным и наоборот. Вот так сбиваются с толку люди, уверовавшие в неизменность простых человеческих истин, считая, что они - от Бога... Вот так слуги Сатаны улавливают растерявшиеся, заблудившиеся в исканиях души людские...

26

Коля Каляев оказался подвижным шустрым мужичком того же, что и Сергей, возраста и, как предсказывал Кондратьев, совершенно не любопытным. Он ни о чем не спрашивал, зато сам говорил непрерывно и был весьма доволен тем, что пассажир не перебивает, слушает.

Он появился у железнодорожного вокзала через час, когда совсем стемнело. Не глядя, сунул конверт с документами в карман, не осматривая машину, сел за руль и сразу с воодушевлением принялся рассказывать о том, какая замечательная машина "БМВ" - не чета всяким там "Жигулям" и "Волгам".

- А вообще-то, если будете покупать машину, берите "Жигули", с иномаркой намаетесь, - противореча сам себе, посоветовал Коля.

Скоро они въехали в небольшой, тускло освещенный дворик позади двухэтажного дома. Коля и здесь не стал ничего осматривать, захлопнул дверцы и пошел к невысокому крыльцу, по пути рассказывая о хозяине дома, помогавшем ему за скромный процент покупать в Германии подержанные иномарки.

- Грегор - свой мужик, российский, хоть и немец. В Казахстане жил. За ночлег берет по-божески - пятнадцать марок. Отдохнем, а завтра я с утречка все утрясу - новые номера на машину, страховка, все такое, и можем ехать. Устраивает? Или хотите погулять тут, город поглядеть?

Сергей ответил, что на города немецкие он нагляделся и хотел бы поскорей домой.

Грегор - худощавый, улыбчивый - показался только на миг, чтобы поздороваться и сказать, что Коля все знает, и ушел к себе, на второй этаж. А Коля по-хозяйски провел Сергея в небольшую комнату, где стояли две узкие кровати.

- Ты, я гляжу, свой мужик. Давай на "ты", что мы выкаем, как коровы, сказал он, усаживаясь на кровать. Ногой вытолкнул из-под кровати коробку, извлек из нее бутылку обычной "Столичной". - Давай на посошок, потом-то нельзя будет.

"Ну, все, - подумал Сергей, - выпьет, замучает разговорами". После пережитого в этот день ему хотелось только одного - поскорей уснуть, чтобы забыть о подлом Пауле, оказавшемся каким-то Маковецким - одним из российских подонков, о хитром Майке, о Бутнере с его змеиной мудростью. И в то же время он боялся, что уснуть не дадут мысли об Эмке, о Федоре Кондратьеве, о Клаусе, погибшем, ясно же, из-за его, Сергея, неосторожности.

Но Коля, видно, и сам был здорово вымотан, после первой же рюмки начал зевать.

- Тебя когда завтра будить? - спросил он. - Мне-то рано...

- Перед самым отъездом, - сказал Сергей и принялся раздеваться.

- Германский автобан - это песня без слов, симфония без музыки, это картина, хотя цвет у нее один - цвет бетона. Ни перекрестков, ни светофоров, ни баранов-пешеходов. Автобан - это вечное движение, кровеносный сосуд без тромбов. Ехать по нему - радовать сердце. И, стало быть, у автобана есть еще одно благодатное свойство - оздоровляющее. Российскому шоферу, кто хоть иногда попадает на автобан, не нужны поликлиники...

Коля Каляев расписывал прелести немецких дорог до самого Касселя, первого крупного города на их пути, и, наверное, делал бы это до самого Берлина, если бы нарисованную им идиллическую картину не испортил лишний мазок - полосатая машина шупо - шуцполиции, "шустриков", как называл их Коля. Некоторое время шупо спокойно ехали сзади, не отставая и не приближаясь, и Коля рассуждал о том, что вот, дескать, лафа в Германии - не останавливают, не дергают шоферов по пустякам. Если надо, шупо нажимает кнопку, и центральный компьютер сразу выдает ему все о машине и ее хозяине.

- Главное - страховка. Если страховка уплачена, кати без проблем.

Но тут полосатая машина подошла к "БМВ" поближе, замигала правым фонарем и для убедительности вякнула сиреной, - дескать, пожалте на боковую полосу.

- Нам?! - ахнул Коля и чуть было по российской привычке не даванул на газ. Но тут же сбросил скорость. - Никогда не останавливали. Чего им надо?

Сергей подумал о себе, и ему стало страшно: неужто ищут? Если так, то каким же провидцем был Кондратьев, готовя для него другой паспорт!