Читаем Убить перевертыша полностью

- Совершенно верно. Вы когда-нибудь задумывались над странным историческим феноменом - взрывоподобным распространением христианства? Ведь для него вроде бы не было никаких объективных предпосылок. В Римской империи господствовал культ насилия и наслаждений. Иудеи жаждали того же. А пришел чудотворец и начал провозглашать... да, да, не удивляйтесь... коммунистические идеи. И в кратчайший исторический срок, несмотря на жесточайшие репрессии властей, завоевал умы и сердца миллионов. Почему? Нельзя же всерьез верить, что людей увлекла мечта о загробном блаженстве. Это в те-то времена, когда люди были куда большими материалистами, чем теперь. Остается предположить одно: проповеди Христа, основополагающие идеи христианства будили в людях что-то близкое им и понятное. Будили наследственную память о тех временах, когда все жили по справедливым законам общины, где каждому было по делам его. В возможность возврата "Золотого века" поверили все и сразу, как в божественный призыв. Потому что каждый носил эту память в себе, в своем подсознании. Это была поистине вера, и отнюдь не слепая, не "опиум для народа", якобы навязанный эксплуататорами. Это уж потом вольного коня всеобщей веры запрягли в тяжкий воз отвлеченных догм и использовали как тягловую лошадь...

На минуту Сергей замолчал, и Бутнер воспользовался паузой.

- Давайте переменим тему, - поморщившись, сказал он. - Поговорим о пироге, которого якобы всем не хватит. Вы любите апелировать к далекому прошлому. Позвольте и мне. На какие ресурсы рассчитывал тот самый гомо сапиенс в течение многих тясячелетий, когда жил, как вы утверждаете, общиной? Ресурс был один - зверь, птица, рыба. Ну, там еще ягоды да грибы, то есть дары природы. Вы убедительно говорили тогда, в поезде, что человек, обретя коллективизм, самодисциплину, стал сильнее всех. Но, став сильнее всех, он, как известно, попал в экологический тупик: пирога дикой природы не хватало для прокорма растущего числа гомо сапиенсов. И, как известно, выход был найден в том, чтобы взять на себя часть обязанностей природы. Возникли скотоводство и земледелие, которые позволили прокормить стократно большее число людей. И долгое время единственной ценностью земли была ее естественная урожайность. Но численность населения росла, и опять стал просматриваться экологический тупик. Тогда человек начал осваивать земные недра... Вам не кажется примечательным совпадение: бурное освоение земных недр и одновременно столь же бурное развитие естественных наук? Случайно ли это?..

Бутнер потянулся к бокалу, жестом пригласил гостя сделать то же самое. Сергей не удержался, осушил бокал почти до дна. Тотчас из-за его спины протянулась рука - угольно-черный обшлаг, ослепительно белый рукав сорочки, - вновь наполнила бокал. Захотелось оглянуться, посмотреть на слугу, подошедшего столь бесшумно. Но тут неведомо откуда проклюнулся в нем аристократ: оглядываться на слугу не принято.

- Мне продолжать? - спросил хозяин.

И опять в Сергее взыграло аристократическое, чего он прежде за собой никогда не замечал. Не ответив сразу, он выпрямился, плавно откинулся к высокой спинке стула. Он понял, о чем собирается дальше говорить Бутнер, об очередном экологическом тупике, из которого сегодня никто не видит выхода, и о том, что выход будет непременно найден с помощью гигантских наработок современной науки и техники, изменения общества и, может быть, самого человека.

- Я догадываюсь, о чем вы хотите сказать, - с почтительной задумчивостью произнес он. - Но ведь это будет другой мир, отличный от нынешнего. Кого приносить в жертву?..

- Вы верующий? - неожиданно спросил Бутнер.

- Пожалуй что нет.

- И я пожалуй что нет. И все же верю: кто-то нас пасет. Не могу отделаться от мысли, что планета Земля - это вселенский заповедник. Такой, каким был задуман изначально. Взять хотя бы расположение Земли в планетной системе. 150 миллионов километров от Солнца - оптимальное для жизни расстояние. На десять процентов ближе к светилу - и все бы сгорело, на десять процентов дальше - и все бы замерзло. А взять Луну? Ее видимый диаметр в точности совпадает с диаметром Солнца. Да много чего еще, говорящего об исключительности нашего бытия во вселенной. Как не поверить в высшее организующее начало?..

- Представьте себе, я думаю точно так же, но вижу это начало не в виде существа с седой бородой, сидящего на облаке, а как некую абстрактную силу, всеобщий закон.

- Конечно, закон, - согласился Бутнер. - Второй закон термодинамики. Всякая система, не имеющая свыше себя организующего начала, стремится к распаду.

- Доказательство - Советский Союз, - воскликнул Сергей. - Как только развалили организующее начало...

- Я имел в виду не компартию, а религию.

- Пусть религия или что-то другое - монархия, просто имперская власть, но обязательно - высший закон сохранения государства...

- А насилие? - заинтересованно спросил Бутнер.

- Увы, из распада не выйти без насилия.

- Если вы о вашей стране, то скажу: поздновато хватились.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Развод и девичья фамилия
Развод и девичья фамилия

Прошло больше года, как Кира разошлась с мужем Сергеем. Пятнадцать лет назад, когда их любовь горела, как подожженный бикфордов шнур, немыслимо было представить, что эти двое могут развестись. Их сын Тим до сих пор не смирился и мечтает их помирить. И вот случай представился, ужасный случай! На лестничной клетке перед квартирой Киры кто-то застрелил ее шефа, главного редактора журнала "Старая площадь". Кира была его замом. Шеф шел к ней поговорить о чем-то секретном и важном… Милиция, похоже, заподозрила в убийстве Киру, а ее сын вызвал на подмогу отца. Сергей примчался немедленно. И он обязательно сделает все, чтобы уберечь от беды пусть и бывшую, но все еще любимую жену…

Натаэль Зика , Татьяна Витальевна Устинова , Елизавета Соболянская , Татьяна Устинова

Детективы / Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы / Романы
Камея из Ватикана
Камея из Ватикана

Когда в одночасье вся жизнь переменилась: закрылись университеты, не идут спектакли, дети теперь учатся на удаленке и из Москвы разъезжаются те, кому есть куда ехать, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней». И еще из Москвы приезжает Саша Шумакова – теперь новая подруга Тонечки. От чего умерла «старая княгиня»? От сердечного приступа? Не похоже, слишком много деталей указывает на то, что она умирать вовсе не собиралась… И почему на подруг и священника какие-то негодяи нападают прямо в храме?! Местная полиция, впрочем, Тонечкины подозрения только высмеивает. Может, и правда она, знаменитая киносценаристка, зря все напридумывала? Тонечка и Саша разгадают загадки, а Саша еще и ответит себе на сокровенный вопрос… и обретет любовь! Ведь жизнь продолжается.

Татьяна Витальевна Устинова

Детективы / Прочие Детективы