Читаем Убить бессмертие полностью

— Ущербные проснулись! — констатировал Борщевский. — Отлично! Всем жрать и собираться. Скоро, по нашим прикидкам, туман сползет, и можно ждать вертолета.

— Почему ущербные? — недовольно спросил Леня, поднимаясь с земли и сбрасывая с себя палаточную ткань.

— Ты себя в зеркало видел? — весело спросил Борщевский. — Поглядись! Забавное зрелище. А Артист у нас боком страдает. Кстати, что там со жратвой?

Первым покормили пленника, сделали ему укол и оставили дремать в сторонке. И только потом вчетвером уселись возле костра, поедая нечто среднее между кашей и супом. Разговаривали вполголоса.

— Так что вы за контора? — спросил наконец Леня. — Армия, ФСБ, ФСО?

— Угадал, — ответил Борщевский. — Мы тут с парнями подумали и решили позвать тебя к нам. А на хрена тебе этот твой научный центр? Ты там чего-то достигнешь? Ты там вообще кто?

— Вообще я там аспирант и научный сотрудник.

— А что так уныло? — засмеялся Артист. — Произнес так, как будто в преступлении сознался. По тебе же видно, что тебе это в тягость. Не надоело?

— Не надоело, так надоест, — облизывая с сожалением ложку, пробасил Мовчун. — Зато по тайге вон как скакал. Две группы профессионалов не могли догнать. И Кешу камушком стукнул!

— Да ну? — восхитился Дмитрий. — Достижение!

— Так что за организация-то? — снова спросил Леня.

— Если хочешь, то организация наша военная, — стал рассказывать Борщевский. — Мы — особая группа спецназа ВДВ. Ерундой не занимаемся, беремся только за сложные задачи, очень сложные и суперсложные. Ваш научный центр просто под руку подвернулся, но можем и такие дела делать.

— Подождите, подождите, как это, ВДВ? Разве армейские спецподразделения…

— Мы не совсем обычное спецподразделение, Леня, — откладывая тарелку, пояснил Артист. — Нас с миру по нитке собирали, потому что каждый в своем деле ас из асов.

— Ливанов вон вчера вертолет угнал, — хмыкнул Борщевский. — За такие вещи сидеть бы ему долгий срок, но… главное, соблюсти баланс важности задания и используемых средств. Твой нанопрепарат настолько важен, что все плевать хотели на вертолет. Это единственное спасение для Димки, потому что он его в результате разбил. Но! Разбил, зато банду догнал. Вот если бы не догнал, тогда был бы другой разговор.

— Подождите, а как вы… и с парашютами, и с планерами…

— Леня, у нас очень хорошее оснащение, — зевнув, сказал Борщевский. — Просто на такие операции никто денег не жалеет. А еще у нас есть своя лаборатория, где умные дяди готовят кое-что из снаряжения. Не берусь клясться, но не у всякой разведки есть то, что есть у нас. А хорошее снаряжение — залог успеха.

— У нас у каждого чип вшит под кожу, — пробурчал Мовчун.

— Да, есть такая штука, — усмехнулся Борщевский. — У каждого, и в разных местах. И есть аппаратура, которая определяет место положения каждого из нас. Вот так мы Димку нашли, так нас шеф в тайге нашел. Так на нас он и вертолет выведет. Все просто.

— Подождите, а на научный центр вы как вышли?

— Вообще-то мы на Воропаевский полигон прилетели для участия в учениях. А тут появилась оперативная информация о возможности нападения. А Дима правду сказал, Леня, мы почти все вышли из недр каких-то спецслужб. Кто из внешней разведки, кто из службы охраны, кто из армейских спецподразделений. Тут ты не очень ошибся. Есть у нас, конечно, спецы из разных ведомств.

— Значит, теперь вы будете охранять «Байкал»?

— Не будем, — покачал головой Борщевский. — Туда уже государственная структура пришла и взяла все под охрану. А руководство ваше по шапке получит, потому что такие институты, как «Байкал», изначально не могут охраняться силами ЧОПов. Он как научное подразделение Академии наук попадает в категорию организаций, подлежащих государственной охране. Кто-то в руководстве схитрил и нанял ЧОП. Теперь полетят головы.

— Давай к нам, Леня! — улыбнулся Мовчун. — У нас весело, и начальство каждый день над душой не висит.

— Интересно, конечно, только зачем я вам?

— А у тебя серьезная специальность есть, — напомнил Борщевский. — Ты ученый с подготовкой спецназовца. И научная специальность у тебя подходящая — нанотехнологии.

— Месяцев восемь на тебя потратят, но человека сделают, — засмеялся Ливанов.

— Да, у нас обязательно все проходят через центр подготовки. Курсы разные, индивидуальные, в зависимости от базовой подготовки. А потом — айда, в нашу группу!

— Подумать надо, — поднимаясь на ноги, ответил Леня.

Он отправился к реке, чтобы достать отрубленную ногу и контейнер с препаратом. Предстояла процедура теперь уже ежедневного ухода за тем и за другим. Это на случай, если их сегодня не вывезут отсюда. Леня шел к реке, а сам думал о предложении ребят. Интересная контора! И задания у них интересные! Только…

Он не сумел сформулировать, а что же «только», потому что внутренне уже почти согласился. Вот оно, решение, вот он, конец корпению над материалами, скукоте лабораторных исследований. За эти дни в тайге он снова вернулся в то незабываемое время, когда прыгал с парашютом, ходил в рейды, тренировался до упаду с товарищами… И был счастлив. По-своему!