Достав из заднего кармана ламинированную карту России, Такер изучил ее.

— Расстояние вполне преодолимое.

— Отлично. Если вы сможете добраться до Волгограда, оттуда я уже всех вас вывезу. Без проблем.

Такеру очень понравилось «всех вас». Как и «без проблем».

Однако после всего случившегося у него уже не было особой веры в то, что все пройдет гладко.

Глава 14

13 марта, 14 часов 13 минут

Казань, Россия

Такер стоял на тротуаре в центре Казани, уставившись на бронзовый бюст мужчины с хмурым лицом. На пьедестале была подпись по-русски.

«Но, по крайней мере, у меня есть личный путеводитель».

— Вы находитесь на родине современной органической химии, — объявил Буколов, указывая на бюст. — Казань — родина величайших российских химиков: Бутлерова, Марковникова, Арбузова. Этот перечень можно продолжать до бесконечности. Ну а этого замечательного господина перед вами вы, конечно же, узнали, не так ли?

— Доктор Буколов, почему бы вам не напомнить? — уклончиво ответил Такер.

— Это Николай Лобачевский. Великий русский математик, творец гиперболической геометрии. Это имя вам знакомо?

«Меня сейчас заботит совсем другое».

У Такера крепло подозрение, что Буколов страдает от маниакальной депрессии. С тех самых пор как русский магнат на рассвете покинул гостиницу в Кунгуре, его попеременно бросало от едва сдерживаемого восторга к крайнему унынию. Но едва только они въехали в пригороды Казани, доктор воспрянул духом и потребовал совершить небольшую экскурсию по территории Казанского института биофизики и биохимии.

Такер согласился, по нескольким причинам.

Во-первых, чтобы заткнуть Буколова.

Во-вторых, чтобы изучить местность.

В-третьих, чтобы проверить, объявлен ли кто-либо из них в розыск.

Если за ними охотились, преследователи выбрали более осторожный подход.

Но, самое главное, Такеру необходимо было выяснить, где именно на территории научно-исследовательского центра живет и работает Анна Малинова. Он надеялся тайно вывезти ее отсюда под покровом ночи.

Уткин плелся сзади вместе с Кейном. У него в ухе был наушник, подключенный к телефону. Он что-то вполголоса говорил в микрофон, пытаясь связаться с Аней. Все было бы значительно проще, если бы ее отец знал, где она живет и где находится ее рабочее место.

«Я здесь ни разу не бывал», — ответил со слезами на глазах Буколов, очевидно, терзаемый беспокойством за судьбу своей дочери.

Не полагаясь на то, что доктор не сорвется, Такер поручил общение с руководством института Уткину.

Наконец Станислав опустил телефон и подозвал остальных к себе.

— У нас проблема.

«А как же без этого».

— С Аней что-то случилось? — воскликнул Буколов, хватая своего помощника за рукав.

— Нет, с ней все в порядке, но ее здесь нет.

— Что вы хотите сказать? — встрепенулся Такер. — Где она?

— Анна в кремле.

Такер сделал глубокий вдох и выдох, прежде чем заговорить снова.

— Она в Москве?

— Нет-нет! — замахал руками Уткин. — В Казани тоже есть свой кремль. В километре отсюда, на берегу Волги. — Он махнул в сторону реки, обрамляющей город с одной стороны.

— Что она там делает? — облегченно вздохнув, спросил Такер.

— Ну как же, там ведь находятся архивы! — оживился Буколов.

Его резкое, громкое восклицание вызвало удивленные взгляды проходивших мимо охранников. Не желая привлекать к себе ненужное внимание, Такер повел своих спутников прочь, назад к гостинице, в которой они остановились.

— Аня упоминала о какой-то находке, — продолжал Буколов, тряхнув головой, словно пытаясь вставить на место вывалившийся винтик. — Я начисто об этом забыл. Она собиралась что-то достать для меня. Что-то очень важное.

— Что именно? — спросил Такер.

В глазах магната блеснули веселые искорки.

— Дневник покойного Паулоса де Клерка.

— Это еще кто такой?

— Всему свое время. Но у де Клерка, возможно, есть последний недостающий элемент мозаики, который мне так нужен.

Решив не настаивать, Такер повернулся к Уткину.

— Когда Анна должна возвратиться в институт?

— Через три или четыре дня.

— Мы не можем ждать так долго! — решительно заявил Буколов.

В кои-то веки Такер с ним согласился.

Уткин тоже кивнул.

— Из того, что мне удалось выяснить, следует, что меры безопасности здесь, на территории института, гораздо строже, чем в кремле. Там, где живет и работает Анна, все входы охраняются, допуск только по магнитным карточкам, повсюду камеры видеонаблюдения.

Такер обреченно вздохнул.

«В таком случае, похоже, нам придется вытаскивать Аню из кремля».

15 часов 23 минуты

Час спустя Такер вместе с экскурсионной группой прошел на территорию Казанского кремля. Вместе с несколькими другими туристами его отделили от остальных и передали на попечение англоязычному гиду, светловолосой женщине пяти футов роста, которая много улыбалась, но говорила резким голосом.

— Так, никуда не расходиться! — строго окликнула она, махнув рукой вперед. — Мы входим в кремль через Южные ворота. Как можно догадаться по толщине стен, под которыми мы проходим, кремль возводился как крепость. Некоторым постройкам здесь больше шестисот лет.