— Вы имеете в виду «Колдрекс» и «Панадол»?

— Вот-вот.

— Не знаю, тут я вам не советчик. Я вообще-то боюсь новых лекарств, но это потому, что у меня аллергия.

— Ладно, обойдусь народными средствами, — вздохнул Колобок.

Похоже, он и вправду заболевал. Обширная лысина его была покрыта капельками пота, несмотря на прохладный октябрьский день, нос покраснел, глаза слезились, голос сел и с каждым словом становился все более сиплым.

— Что с аналитической справкой? — спросил он. — Когда будет готова?

— Да она практически готова, теперь мне нужен ваш совет. Нет, два совета, — поправила сама себя Настя.

— Валяй, — махнул рукой Виктор Алексеевич. — Когда я болею, у меня сопротивляемость падает, и с меня можно даже два совета бесплатно содрать. Пользуйся.

— Я обнаружила несколько групп убийств, можно даже назвать их сериями, которые расследовались поодиночке, и вопрос об объединении дел даже не ставился. Я уверена процентов на девяносто пять, что это все-таки серии, каждая из которых объединена либо своим исполнителем, либо каким-то другим признаком. Я могу просто указать на это в справке, а могу дать развернутый анализ с объяснениями, но тогда начнут мелькать фамилии тех, кто это просмотрел, упустил, кто схалтурил. Есть третий вариант: я в справке для Штаба только упоминаю об этом, а отдельно делаю подробный анализ по этим сериям. Короче, как вы скажете, так и будет.

— Как скажу, как скажу, — брюзгливо проворчал полковник Гордеев, обматывая горло серым форменным шарфом. — Никак я не скажу. Я болею. Твоя справка, как напишешь, так и хорошо.

— Ну Виктор Алексеевич, — взмолилась Настя, — может, не стоит ребят подставлять? Давайте я напишу без фамилий. В конце концов, справка-то нужна не для того, чтобы делать оргвыводы, а для того, чтобы учитывать ошибки и типичные промахи. Разве нет?

— Ну, правильно, — кивнул Колобок, переходя на хриплый шепот. — Раз ты сама все знаешь, чего ж спрашиваешь?

— На всякий случай, вы же начальник.

— Плохо, Анастасия. Ты уже большая девочка, кончай прятаться за мою спину, учись сама принимать решения. Не сегодня-завтра уйду на пенсию, что будешь делать без меня?

— Без вас я пропаду, — твердо ответила она.

— Чушь, — поморщился полковник. — Давай быстрее становись на ноги, набирайся смелости, чтобы я мог со спокойной совестью отойти от дел. Один совет я тебе, считай, дал. Чего ты еще хотела?

— Ну, в свете того, что вы мне только что сказали, выходит, что ваш второй совет мне не нужен. Поэтому я не советуюсь и не спрашиваю разрешения, а просто ставлю вас в известность.

— О чем?

— О том, что мне необходимо провести оперативную проверку некоторых обстоятельств, и я собираюсь использовать для этого собственные возможности.

— Какие это, интересно, у тебя возможности? — от удивления у Колобка на мгновение прорезался голос. — Ты десять лет сидишь на аналитике, у тебя нет ни одного агента, ни платного, ни какого-либо другого. Насколько я знаю, других источников информации у тебя тоже нет. Ты что это задумала, а? Ну-ка быстро признавайся.

— Не признаюсь ни за что, — засмеялась Настя. — Вы же сами велели набираться смелости и принимать решения самостоятельно.

— Смелость заключается не в том, чтобы перечить начальству и утаивать от него информацию.

— И в этом тоже, — упрямо возразила Настя. — Но я утаивать не буду. Я хочу попросить помощи у Денисова.

— У кого?! — поперхнулся полковник.

— У Эдуарда Петровича Денисова, — невозмутимо повторила Настя. — Во-первых, вы совершенно правы в том, что собственных источников информации у меня нет. Во-вторых, Эдуард Петрович остался мне должен, так что я могу прибегнуть к его помощи без зазрения совести. И я очень вас прошу, Виктор Алексеевич, не запрещайте мне делать то, что я задумала, потому что я все равно буду это делать, только буду вынуждена вам врать, а мне этого не хочется.

— Зачем тебе это? — тоскливо просипел Гордеев, держась руками за горло. — Что ты хочешь выяснить?

— Пока не скажу. И не давите на меня, Виктор Алексеевич, я инструкции знаю.

— Ладно, делай как решила, — неожиданно миролюбиво отозвался Колобок. — Ты у меня девочка умненькая, ничего катастрофически глупого не сделаешь. Только поосторожней с Денисовым, этот старый зубр тебя одним зубом перекусит и не заметит.

4

Эдуард Петрович Денисов был полновластным хозяином старинного Города с полумиллионным населением. Год назад он обнаружил, что на территории его владений какая-то криминальная банда затеяла незаконную охоту. Эдуард Петрович потратил немало сил и средств, чтобы создать в своем Городе единую и монолитную мафию, тщательно оберегал свое хозяйство от конкурентов, и нахальное поведение чужаков его до глубины души возмутило. А тут возьми и случись убийство в городском санатории, да еще явно связанное с этой бандой. Купленная Денисовым милиция ничего толком сделать не сумела. И тогда ему пришла в голову идея использовать для раскрытия убийства некую Каменскую, которая как раз в это самое время отдыхала в санатории, лечила свою больную спину и даже была знакома с убитым.