– Мои парни как следует покопались и убедились, что Арчибальд – реинкарнация Эрика Фрея, генного инженера из ВНИИИЗа, обвиненного в куче всякого серьезного дерьма… – Он покачал головой. – Они сказали, что смена личности была безупречной. Если бы им не шепнули, что Арчибальд на самом деле Эрик Фрей, они никогда не связали бы этих двоих.

– Вы еще не готовы поверить, что мы не такие злодеи, как вы думаете?

Джейк улыбнулся.

– Пока скажем так – мой разум открыт для добавочных доказательств. Ваша проблема в том, что вы и Кира слишком умны и изобретательны. И хорошо умеете вводить в заблуждение.

Дэш призадумался.

– Есть такое, – согласился он. – Когда имеешь дело с настолько способным человеком, как Кира, все время сомневаешься, не обыграли ли тебя…

Дэвид нахмурился. Он и сам хорошо знал это чувство.

– Но я абсолютно уверен, что если вы станете копать дальше, вы найдете правду, которую невозможно подделать.

– Надеюсь, вы правы, – просто ответил Джейк.

– Так вернемся к Фрею, – сказал Дэш. – Могу я предположить, что теперь вы попросите кого-то из своих людей вне обычной сферы сделать следующий шаг?

– Следующий шаг?

– Полковник, да перестаньте уже…

Джейк смущенно улыбнулся.

– Вы правы. Я настолько привык не делиться информацией, что это стало рефлексом. Да. У меня есть человек снаружи, которому я могу доверять и который приглядит за любыми попытками Фрея связаться с кем-то из моих людей. Но поскольку я получил предупреждение от вас, мы не сможем убедиться, что эта связь настоящая, даже если ее обнаружим.

Дэш вздохнул.

– Сам знаю, – в отчаянии пробормотал он. – Но продолжайте копать. Вы докопаетесь до сути. В какой-то момент вы получите информацию, которую не смогла бы подделать даже Кира.

– Надеюсь, что вы правы, – во второй раз произнес Джейк. – Я действительно на это надеюсь.

53

Все мониторы на судне передавали трансляцию выступления Мэтта Гриффина. Изображение шло со стационарной камеры в его каюте. За выступлением следили десять с лишним тысяч пассажиров «Коперника». Многие смотрели из своих кают или собирались в столовых, ночных клубах, ресторанах, аудиториях и театрах. Сотни пассажиров сидели в парке-атриуме, глядя в пятнадцатифутовый монитор, которым Гриффин воспользовался во время своего первого выступления на борту судна. Некоторые сидели в шезлонгах с видом на Южную Атлантику и держали ноутбуки или планшеты. Но все, без исключения, взгляды были прикованы к выступлению.

Гриффин выглядел измученным, как будто за несколько дней на борту «Коперника» постарел на десять лет. Его невероятное обжорство стало на судне легендарным не меньше его гениальности, и по лайнеру циркулировали сплетни: то ли Гриффин и сам инопланетянин, то ли в нем живет праматерь всех ленточных червей.

Несколькими часами раньше медик поставил Гриффину капельницу – маленький насос на батарейках, поскольку его усиленный разум сжигал глюкозу, как ракетное топливо, а Мэтту требовалось пройти усиление еще один раз, и намного раньше, чем это позволяло здоровье. Камера была нацелена ему в лицо, и потому левая рука с пластиковой трубкой, выходящей из вены, оставалась вне кадра.

– Времени мало, – начал Гриффин.

Его голос был слаб, а поза выдавала крайнее истощение. Он намеренно назначил выступление на то время, когда эффект усиления закончится, чтобы перед зрителями не предстала его высокомерная и язвительная версия.

– Поэтому я сразу перейду к делу. Несколько членов Группы по изучению нанитов только что закончили анализ данных, полученных при включении нанита в компьютерную модель. Моделирование проводилось с целью обмануть нанитов и выявить последствия их распространения. Не буду вдаваться в технические подробности. Достаточно сказать, что мы добились успеха.

Гриффин набрал в грудь воздуха.

– Я был бы рад сообщить вам хорошие новости, но их нет. По сути, наниты запрограммированы реплицировать и распространяться до тех пор, пока каждый квадратный фут земной поверхности не будет содержать хотя бы пару штук. До уровня насыщения. К сожалению, должен сказать, что они способны за много миль обнаруживать уран и плутоний и мигрировать к ним.

Он сделал паузу, усиливая эффект.

– В заранее заданное время они взорвут достаточное количество атомных бомб, чтобы уничтожить бóльшую часть жизни на планете.

Гриффин помолчал, представляя себе испуганные вздохи тысяч зрителей и их искаженные ужасом лица. Он дал им десять или пятнадцать секунд, чтобы переварить новость, а потом двинулся дальше.