Читаем Убийство в долине Нейпы полностью

Проснулась я утром от отчетливого тарахтения тракторного мотора. Встав с постели и подойдя к окну, я действительно увидела трактор. За рулем сидел мускулистый парень, возвышавшийся над виноградными кустами. Сквозь последние клочья ночного тумана он выезжал из виноградника на узкую дорогу позади плавательного бассейна. За трактором тянулся прицеп, длинный кузов которого был нагружен свежесрезанными гроздьями винограда. Выше на холме перекликались по-испански сборщики.

Я посмотрела на мои дорожные часы в кожаном футляре на прикроватном столике. Было около девяти. Чувствуя неловкость оттого, что я так долго спала, я поскорее приняла душ, надела юбку, блузку и сандалии, накинула шерстяную кофту и спустилась вниз на террасу, чтобы выпить кофе с тостами. Никого из членов семьи я не обнаружила. Хозе, дворецкий, сообщил мне, что Лиз уехала в Санта-Елену, а Джон — на винзаводе.

— А мистер Брайант — у себя в кабинете, миссис Барлоу.

О Лурине я спрашивать не стала — учитывая ее возраст и праздный образ жизни, я решила, что она еще спит. Я допивала вторую чашку кофе, когда услышала, что стеклянные двери на террасу за моей спиной открылись. Я предположила, что это Хозе, но тишину на террасе нарушил требовательный женский голос:

— А вы кто такая, простите?

Вздрогнув, я обернулась. Такого типа дамы симпатий у меня никогда не вызывали. Высокая крашеная платиновая блондинка, за сорок, почти совершенные черты лица изваяны хирургом-косметологом и вдобавок грубо раскрашены гримом. Глаза — ледяные, одежда — явно от дизайнера. Драгоценностей, которыми она была увешана, хватило бы на троих любительниц ювелирных побрякушек. Да, подумала я, мадам живет на широкую ногу, вот только со вкусом у нее дело обстоит неважно. Я представилась, рассчитывая на ответную вежливость. Однако мои ожидания не оправдались. Она молча уставилась на меня, и высокомерное выражение ее лица соответствовало тону ее вопроса. Спас ситуацию Хозе. Он вышел из гостиной и сказал:

— Доброе утро, миссис Хестер!

Она не отреагировала на приветствие и спросила, как тявкнула:

— Лурина где?

— С утра ее еще не видел, мадам.

Хестер шагнула в дом.

— Не мать ли это Лурины? — спросила я.

Хозе утвердительно кивнул. Я слышала, как она неприятным, резким голосом окликнула: «Лурина!» В ответ — тишина.

Хозе молча убрал со стола, но, уходя с террасы, проговорил вполголоса:

— Сейчас возьмет мисс Лурину и отправится с ней в поход по магазинам, а потом скорее всего пожалует к обеду.

К обеду? Бывшая жена? Верилось с трудом.

Я вошла в дом и, направляясь к себе, едва не столкнулась с матерью и дочкой, когда они выходили из комнаты Лурины.

«Доброе утро», — сказала я Лурине. Она ответила тем же. Но Хестер Сэлдридж прошествовала мимо меня, словно я — пустое место. Выйдя из дома, они сели в новенький «мерседес» с откидным верхом и укатили.

А я все еще стояла, не в силах превозмочь удивление и погасить раздражение, вызванное ее грубостью. И тут за моей спиной раздался мужской голос, заставивший меня еще раз вздрогнуть от неожиданности:

— Я вижу, вы познакомились с нашей Хестер?

Я обернулась. Это был Брайант. Он улыбался во весь рот, и глаза его за стеклами очков тоже смеялись. Я призналась, что не могу прийти в себя от удивления.

— Ничего не попишешь — она имеет право разгуливать по «Аббатству» с хозяйским видом, — пояснил Брайант, и улыбка его угасла. — Каждый несет свой крест, и я полагаю, что наш крест — это Хестер. Она владеет частью нашего имения. Мы с Джоном все бы отдали, чтобы избавиться от нее.

Так вот оно что — это и есть третья совладелица! Я подумала, что для Лиз такая совладелица — тяжелее любого креста.

— Ладно, — сказал Брайант, снова осветившись улыбкой. — Наступило время вашей экскурсии по «Аббатству». Но, в отличие от туристических групп, которые бродят по винзаводам долины Нейпы, у вас будет персональный гид.

Он дал мне пять минут на сборы. Я переоделась — сменила юбку на джинсы, а сандалии — на кроссовки. Затем навьючила на себя фотокамеры, и мы отправились в путь.

Экскурсия потребовала больших усилий, чем я предполагала. Пришлось внимательно выслушать лекцию, из которой я узнала, что между выходом первой весенней веточки на кусте винограда и появлением в бокале рубинового красного или бледно-золотистого белого вина проходит многосложный процесс, длящийся несколько лет. Пьющие вино не догадываются, что на его вкус воздействуют минеральные микроэлементы, содержащиеся в почве, и ее влажность, и температура воздуха, и количество солнечных и дождливых дней, выпавших на долю зреющих виноградных гроздьев. Оказалось, что в зависимости от сорта винограда, а их в мире — десятки, их сусло нуждается в различных температурах для брожения. Этот процесс идет в течение нескольких недель в стерильных баках и цистернах из нержавеющей стали, после чего вина старятся три-четыре года в дубовых бочках, причем дуб для бочарной клепки годится не любой, а импортируется из особых районов мира, что тоже сказывается на вкусе вина.