Читаем Убеждение полностью

Я должен быть мужчиной. Мужчиной с большой буквы, тем, кому все под силу. Я чертов морской котик. Я был на войне и повидал много жуткого. Справлялся с такими вещами, которые большинство мужчин может только представить. И все же стою здесь как маленькая девочка, не решаясь открыть эту дверь.

За ней женщина, которая, черт возьми, вырастила меня. Она дала мне всё. Учила меня обращаться с женщинами, давая мне пощечины, если я делал это неправильно. Я никогда не задумывался, каково это — потерять родителя. Они еще молодые, и я не готов потерять ее.

— Лиам, — зовет Натали. Ее тонкие руки обнимают меня, будто сдерживая. И прямо сейчас она это делает. Я смотрю на нее сверху вниз и жду, когда появится хоть какое-нибудь мужество. Но оно уже есть в ее глазах. Ее сила и любовь отражаются на лице. Несмотря ни на что, она остается сильной.

Я киваю и открываю дверь. Мама лежит с трубками и мониторами. Размеренный писк говорит мне, что она жива, но только благодаря аппаратам. Она накрыта белой простыней, которая согревает ее, но воздух вокруг ледяной.

Я медленно подхожу к кровати. Ее грудь поднимается и опадает, но в ней уже нет жизни. Я могу лишь молиться, чтобы она не чувствовала никакой боли.

— Привет, мама, — говорю я, когда подхожу ее кровати. — Я приехал так быстро, как смог. Это длинная история, но ты знаешь, как это бывает. — Я стараюсь оставаться сильным, но это моя мама. Женщина, которая, очевидно, меняла мне подгузники. Именно она лечила мои разбитые коленки и шила мне плащ, когда мне нужно было быть Суперменом. Шеннон Демси — самая сильная женщина в мире. Она родила двоих детей: одного похоронила, другого вырастила, но я никогда не видел, чтобы она сломалась или выходила из себя. Клянусь, она могла бы быть среди морских котиков и всех нас пристыдить.

Я подвел ее. Меня не было здесь, чтобы защитить ее.

— Пожалуйста, очнись, мама. Я не знаю, есть ли хоть один шанс, но я умоляю тебя, пожалуйста, если ты можешь… очнись сейчас. Я сожалею… о многом. Я не знаю, как попрощаться с тобой вот так. — Мне нужна секунда, чтобы прийти в себя.

Натали проводит пальцами по моей руке, и я закрываю глаза.

— Привет, миссис Демси. Мы встречались однажды. Я — Натали.

Женщина моей мечты стоит здесь, разговаривая с моей матерью, пока я пытаюсь держать себя в руках. Она дает мне передышку, чтобы я не чувствовал себя таким слабым.

— Я помню, что вы любили печь. Мне бы хотелось, чтобы у меня был шанс учиться у вас, поскольку я в этом деле буквально хуже всех. — Натали улыбается и отпускает мою руку. Прежде чем я успеваю взять ее обратно, она берет руку моей матери. — Спасибо за то, что подарили Лиаму жизнь. Спасибо, что вырастили его таким человеком. Я буду вечно благодарна за радость, которую он принес в мою жизнь. — Натали поднимает на меня взгляд, ее глаза наполнены слезами, они стекают по ее щекам. — Он любит меня больше, чем я заслуживаю. Он любит мою дочь и дал мне больше, чем когда-либо сможет понять. — Она отворачивается, и я вытираю глаза. — Я могу только надеяться, что воспитаю своих детей похожими на мужчину, которого вырастили вы. Он на самом деле лучший человек, которого я когда-либо знала, и это ваша заслуга, поэтому спасибо вам.

Она наклоняется и целует маму в щеку. Женщину, которую встречала лишь один раз. Затем шепчет что-то ей на ухо и еще раз сжимает руку.

Это меня уничтожает.

Я падаю на колени, чувствуя холодный кафель. Опускаю голову на кровать и хватаю мамину ногу.

— Неужели мы потеряли недостаточно? Разве моя семья недостаточно страдала? — Я громко взываю к ней.

Мы выросли в строгой ирландской католической семье. Мама была домохозяйкой, но, я думаю, она работала усерднее, чем отец. Он уходил на работу и возвращался, когда мама убрала весь дом и накрыла на стол. Папа юрист, и он всегда рвал свою задницу на работе, чтобы отправить меня и Крисси в частную школу. Он показал мне, что значит тяжело трудиться на благо семьи, и что когда чего-то хочешь, то нельзя расслабляться. Надо поднажать сильнее и самим вершить свою судьбу. Так почему я не могу работать так, чтобы ей стало лучше?

— Разговаривай с ней, Лиам. — Натали подбадривает меня, пока я держу голову опущенной. Я не могу позволить ей увидеть меня в таком состоянии. — Скажи ей, что ты хочешь, чтобы она знала. Она любит тебя. — Ее мягкий голос успокаивает меня, и я стараюсь сдерживаться, но все это слишком для меня. Все рушится вокруг меня, и я вспоминаю свою сестру. Я помню, как она говорила мне то же самое. Она всегда говорила мне, что мама любит меня, так что я могу сказать ей правду.