Читаем Убей, если предам полностью

— Значит не пойдешь? — на всякий случай уточнил Курьянов.

— Да ты что, как же я свою судью брошу.

Проводив Кирилла до лестницы, я помыла посуду (надев предварительно на повреждённую руку плотный политиэленовый пакет заместо резиновой перчатки. Резиновых перчаток в доме не дома, а идти по новой в магазин было лень), так вот, я помыла посуду и уселась смотреть городские новости. Почти вся передача была посвящена разбору ситуации в прокуратуре: шутка ли, сначала на взятке поймали прокурора города, а немногим спустя убили его зама, который на тот момент времени являлся исполняющим обязанности прокурора города.

Нового и. о., пришедшего на передачу, ведущий встретил как героя, не побоявшегося поднять пошатанное знамя законности.

В общем, пока журналист расхваливал смелость высокого гостя, я рассматривала зятя Сергунина. Молодой, не больше 35. Лицо открытое, располагающее к себе. На вопросы отвечает обстоятельно, но без занудства. На первый взгляд очень простой парень, стремящийся вернуть порядок в стены прокуратуры. Но так казалось только на первый взгляд.

Андреев изумительно отвечал на вопросы ведущего: дружелюбным тоном и. о. прокурора много, обстоятельно…а по факту готовил прописные истины. Что — то типа «вор должен сидеть в тюрьме» и «мы всё для этого сделаем».

Ведущий пару раз пытался вежливо сместить гостя на конкретные вопросы: не вышло. Борис Андреев ловко уходил от щекотливых вопросов.

Ай да Сергунин. — Я не могла не рассмеяться. — Какого себе зятя нашёл. Не знала бы, подумала, что сын.

Ночью я долго прислушивалась к звукам за дверью, ожидая тихих знакомых шагов. Я на самом деле ждала его, хотя прекрасно знала, что Шимов в моей квартире не появится.

Его ребята, конечно же, не промах. Возможно, и не они установили в моей квартире прослушку, но оставили её здесь точно они. С какой — то определённой целью.

В любом случае, Шимов обязательно должен знать про наличие жучков в моей квартире. Ну, а раз так, глупо было ожидать его прихода не по делу. Хотя я всё — равно ждала.

На следующий день, выглянув в окно, я обалдела: вот она, настоящая весна. С ярким солнцем, молодой листвой и пестрой лужайкой цветущих крокусов.

Не желая поддаваться вчерашней хандре, я быстренько оделась, и, сделав на голове небрежный хвост, подалась на улицу.

В парке через улицу от моего дома стаи молодых мам плавно вышагивали с колясками, а детки постарше уже вовсю разрисовывали асфальт яркими мелками. Купив в палатке мороженое, я присела на лавочку, щурясь от солнечных лучей.

— Полина, — позвал кто — то совсем рядом со мной. Затем я почувствовала лёгкое касание к своему плечу.

— Сколько лет — сколько зим. — Я открыла глаза, рассматривая незнакомку. Светло — каштановые волосы, зелено — карие глаза, доброжелательная улыбка.

— Я не сразу тебя узнала, — продолжила девушка.

— Вы обознались. — Ответила я практически одновременно с ней.

Она смущенно потупилась.

— О, простите. Я условилась встретиться в этом парке со своей школьной подругой. — В порыве эмоций, она накрыла мою руку ладонями. — Видите ли, я в городе проездом. Сама давно перебралась в Москву. И мы с Полиной так давно не виделись.

— Немудрено ошибиться, — понимающе кивнула я. Ещё раз извинившись, девушка отошла от скамьи. Оставив в моей ладони клочок бумаги.

Понимая, что подобными вещами не шутят, я очень аккуратно и надеюсь, незаметно переложила бумажку в карман плаща.

Разумеется, после этого весь «прогулочный» запал как — то сразу вышел, но заставила себя ещё часа два изображать наслаждение погожим деньком.

Только к обеду я вернулась домой.

Бумажка оказалась выдранным из тетради в клеточку листочком. Всего два слова довольно разборчивым подчерком: Дом пиццы. И цифра восемь.

Интересно… По всему выходило, что тот (или та), кто назначил встречу сегодня на восемь в «Доме пиццы» прекрасно осведомлён о моих привычках. Если куда я и ходила в последние годы, так в эту пиццерию: готовили там вкусно, да и от дома было не далеко.

Раздираемая любопытством, я долго не могла найти себе места, слоняясь без дела по квартире, пока где — то в недрах гардероба не заиграла популярная музыка. Гадая, что это такое может быть, я запоздало вспомнила о мобильном телефоне, который принёс Никита Кольцов.

Поскольку симка была новой, не так — то много людей знали этот номер. Точнее, их было двое (тех, кто мне мог звонить): Кольцов и Влад.

Загадав желание, я вытащила телефон из кармана куртки.

— Привет, малышка, — поздоровался обманчиво мягкий голос. Шимов.

Улыбнувшись, я привалилась к гардеробу, и ответила, стараясь не выдать волнения.

— Сколько лет, сколько зим.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Влад. — Может, нужна помощь?

— А ты хочешь приехать? — затаив дыхание, спросила я. Как же прослушка в моей квартире?

— Пришлю ребят.

— Тогда сама справлюсь.

Он засмеялся.

— Раз ты пока не работаешь, может, съездишь куда — нибудь отдохнуть.

— Куда, например?

— Можно во Францию. Тем более что ты, как выяснилось, питаешь к ней такие нежные чувства. У меня там дом, так что если ты соберешься ехать…

— Надеюсь, ты не замок Луары купил?

Шимов весело хмыкнул.