Читаем У рифа Армагеддон полностью

Эдуирд Хаусмин был физической противоположностью Маклина. Невысокий, плотный, с мерцающими глазами и жизнерадостной улыбкой, ему едва исполнилось сорок лет - меньше тридцати семи стандартных. Он также был одним из самых богатых людей во всем королевстве Чарис, владельцем двух из трех крупнейших литейных заводов королевства и одной из крупнейших верфей Теллесберга, а также небольшой флотилии торговых судов под флагом его собственного дома. Хотя он был простолюдином по рождению и еще не потрудился приобрести какие-либо дворянские патенты, все знали, что это произойдет, как только он найдет время для этого. Если уж на то пошло, четыре года назад он женился на старшей дочери графа, и его благородный тесть был в восторге от этого брака.

Рейян Мичейл, лысый, как яйцо, и по меньшей мере шестидесяти пяти или семидесяти стандартных лет, был остроглазым мужчиной, который был партнером Хаусмина в дюжине или около того самых успешных предприятий молодого человека. Мичейл был тихим человеком, за внешне непритязательным поведением которого скрывался один из самых острых деловых умов в Теллесберге. Он почти наверняка был крупнейшим производителем текстиля в королевстве и определенно был главным поставщиком парусов королевского флота. Не говоря уже о том, что он владел самой большой канатной фабрикой в Теллесберге.

Сэр Дастин Оливир был примерно посередине по возрасту между Хаусмином и Мичейлом. Хотя он был богатым человеком по любым другим стандартам, его личное состояние даже не приближалось к состояниям двух других. Физически во многих отношениях он был ничем не примечателен, но у него были мощные плечи, а его руки, хотя и с хорошим маникюром в наши дни, носили шрамы от его юношеского ученичества корабельного плотника. Это ученичество осталось далеко позади, и хотя он никогда не владел (и никогда не хотел владеть) собственной верфью, он всегда был занят. Он был одним из двух или трех ведущих корабельных конструкторов Теллесберга, а также главным конструктором военно-морского королевского чарисийского флота.

Пятый мужчина за столом был одет в ту же небесно-голубую форменную тунику и свободные черные брюки, что и верховный адмирал Лок-Айленд. Но сэр Алфрид Хиндрик, барон Симаунт, был всего лишь капитаном, и в то время как Лок-Айленд был длинным, худощавым и сильно загорелым, с гусиными лапками вокруг глаз и обветренным лицом бывалого моряка, Симаунт был пухлым невысоким человеком. Он выглядел почти нелепо, стоя рядом с высоким широкоплечим адмиралом, по крайней мере, пока другие не видели его глаза. Очень острые, эти глаза, отражающие мозг за ними. У него также не хватало первых двух пальцев на левой руке, а на левой щеке виднелся своеобразный узор из темных отметин. Мерлин знал, что это пороховой ожог, полученный в результате того же случайного взрыва, который стоил ему этих пальцев. Каким бы невзрачным ни выглядел Симаунт, он был самым близким к настоящему специалисту по артиллерии, которым обладал королевский чарисийский флот (или любой другой флот).

Кэйлеб закончил представление и занял свое место во главе стола. Остальные подождали, пока он сядет, затем откинулись на свои стулья. Мерлин с удовлетворением заметил, что они не тратили время на то, чтобы беспокоиться о том, кто над кем имеет преимущество, хотя Симаунт действительно подождал, пока Лок-Айленд сядет сам. Очевидно, однако, что это было сделано из уважения к высшему военно-морскому званию верховного адмирала, а не к старшинству этого звания. Все они, очевидно, хорошо знали друг друга, что могло бы помочь объяснить их уровень комфорта, но было невозможно представить, чтобы гранды, скажем, из Харчонга или Деснейра принимали социальное равенство любого простолюдина.

Кэйлеб подождал, пока все рассядутся, затем оглядел стол. Несмотря на его относительную молодость, не было никаких сомнений в том, кто командовал этой встречей, и Мерлин скорее подозревал, что их не было бы, даже если бы Кэйлеб не был наследником трона.

- Есть причина, по которой мой отец приказал всем нам собраться сегодня здесь, - начал принц. - На самом деле, есть несколько причин. Тот факт, что нам крайне важно не дать нашим врагам узнать, что мы задумали, - особенно с вами и сэром Алфридом, Брайан, - помогает объяснить, почему мы здесь, в Хелен.

- Это также причина, по которой отец поручил мне эту встречу. Я все еще достаточно молод, чтобы люди не могли ожидать, будто я буду делать что-то важное без "присмотра взрослых". - Его улыбка была забавной, и большинство его слушателей усмехнулись. Затем его лицо немного посерьезнело. - Что еще более важно, мне гораздо проще, чем ему, исчезнуть, чтобы встретиться со всеми вами здесь, и никто этого не заметит. Но я хочу, чтобы все четко поняли, что в данный момент говорю от его имени.

Он сделал паузу на один-два удара сердца, давая этому осмыслиться, затем махнул рукой Мерлину.