Парень улыбается и переплетает наши пальцы, тянет меня в сторону.

— Пойдем прогуляемся.

Мы прошли несколько залов вместе, Давид мне демонстрировал тренажёрный зал, что-то воодушевленно рассказывал, нас несколько раз сфотографировали вместе и Давид не возражал, притягивал к себе ближе и улыбался.

И это было так странно, он же меня игнорировал.

— Я тебе писала… — набравшись смелости, перебиваю его.

— Я знаю.

В смысле «я знаю»?

— Звонила, приходила к тебе.

Повторяю еще раз. Мы остановились возле панорамных стёкл на втором этаже, где открывался красивый вид на центральный парк.

— Я в курсе Даша. Ты хотела меня поблагодарить?

Парень не такой как обычно, отстраненный и говорит что-то мне совсем непонятное.

— Нет, — запинаюсь, сообразив, что Давид, возможно, уже сам догадался, — да, я хотела поблагодарить за самый лучший подарок, за деток, за счастье ощущать их..

— За деток? — Парень хмурится и я замолкаю.

Ничего не понимаю. Приближаюсь как можно ближе к парню и беру его руки в свои, чтобы с благоговением приложить к животу.

— У меня двойня. У нас..

Чувствую горячие пальцы на себе, меня переполняет радостью и такой волшебной секундой тепла.

— Это не важно. — произносит тихо, но руки не убирает. Позволяет мне делать то, что я хочу. Но ему этого не хочется.

— Как не важно? Они твои! Мальчик и девочка. Первый скрининг показал, что мальчик точно один, а второй малыш девочка пятьдесят на пятьдесят. Но..

Я тараторю, я что-то такое не то говорю, но говорю, а сама ощущаю предательские горячие слезы на своих щеках.

Глаза не врут. Давид взирает на меня поражённый. И это не радость, это какое-то едкое, такое злое, что у меня подкашиваются ноги и ускоряется пульс.

Парень соскальзывает руками с живота, обхватывая за талию и прислоняет к стеклу.

Не грубо, а мне кажется уже оттолкнул. Отшвырнул, ему бы хотелось..

— Что с тобой?!

Рыдаю навзрыд и уже безразлично, что где-то рядом чужие люди с камерами, что меня могут заснять и услышать.

— Это с тобой что, Даша? Я тебе обещал и сделал. Потому что блядь люблю тебя. Ради тебя на все. Но зачем ты говоришь..?! Ты же такой не была, а ради детей не надо… не надо так меня мучить.

— Ты о чём?

— Мне все равно чьи это дети. Пусть мои. Главное если рядом с собой быть позволишь.

— Нет ты не понял! Они действительно твои. Тот тест был какой-то неправильный, ложный. Ты сам посчитай! Восемнадцать недель..

— Почему раньше не сказала?

Давид сверлит меня взглядом и я нервно выкрикиваю:

— Ты не хотел.

Пытаюсь оправдать себя. Мужчина в несколько шагов оборачивается к нам.

— Простите? Вы мне?

Слезы текут и многие женщины на меня заинтересованно смотрят.

— Идём.

Давид хмурится и тащит меня в сторону лестницы.

А почему он обязан радоваться!? Это моя была мечта. Не Давида.

Так правильнее, мужчина должен знать, что станет отцом. Так надо.

Привел меня в какую-то комнату и усадил на диван. В дрожащих руках оказывается стакан с водой и я сжимаю его побелевшими пальцами.

Давид располагается прямо на пол возле моих ног и мои бедра оказываюсь в сильном кольце его рук, когда же лицом утыкается мне в колени.

— Тшш-ш, тише. Успокаивайся малыш. Ты чего так разнервничалась, нельзя.

Сам едва до припадка меня не довел.

— Я люблю тебя. — Так легко слова срываются с его губ. — Остальное неважно.

— Как дети могут быть «не важно»?

— Да. Они уже есть. Чего ты боишься? Глупенькая, до сих пор не понимаешь, как сидишь у меня вот тут под кожей, в мыслях, в голове.

Вибрирует телефон у Давида, но он не реагирует на звонок.

— Я пытался оставить тебя, действительно не приближался. Ты счастлива..- очерчивает пальцем скулу и убирает прядь моих волос с лица, — твои глаза светятся восторгом, мечта о ребёнке сбылась, а я. пусть останусь рядом, когда тебе будет нужна моя помощь.

Он не верит мне!?

Давид приподнимается и я ощущаю, что телефон не перестает вибрировать. Даже сейчас до меня не доходит элементарные вещи — его люди ждут.

Подходит к столу и достаёт папку, протягивает мне, забирая стакан.

Мужчина выглядит очень уставшим и таким до невозможности родным, что глаза снова наполняются слезами. Ему самому нужна поддержка, забота и я хочу отдать всю себя не в благодарность за чудо во мне, а потому что люблю. Не с того начала… Я докажу ему.

— Дома посмотришь. — Растерянно прижимаю папку к животу. — Даша езжай домой. Вечером приеду. К сожалению, сам отвезти тебя не смогу. Я попрошу, Жека проводит.

Глава 48

Папка. Какие-то бумаги.

Быстро перелистываю страницы и везде вижу своё имя. Но смысл букв от меня ускользает.

Перевожу потерянный взгляд на Евгения и нарушаю тишину между нами:

— Женя, можешь посмотреть что это такое?

Пытаюсь привлечь внимание молодого мужчины. Я вижу, как ему это в тягость. Возиться со мной. Ехать в такси. Провожать.

Но как бы не звучало эгоистично — мне спокойнее с ним, когда нервная система на пределе и в голове столько вопросов.

О чем Давид говорил?

Возможно, Женя знает.

Равнодушно скользит глазами по листам.

— Послушай, ты можешь в это не втягивать? От меня требуется всего лишь доставить домой. А не общаться.

Только парень не спешит мне помогать.