— Ты не поняла, — вздохнула она. — Слушай меня внимательно. Мы ходили в студию йоги на Мэтью-стрит. Ни я, ни ты не помним, как она называлась. Платили за уроки наличными. Инструктор уехала в Индию. Вроде бы на Гоа.

Она говорила так убедительно, что я ей поверила. Может, мы и правда раньше встречались?

— Ее звали Дженни. Я пару раз подбрасывала тебя домой и знаю, где ты живешь.

— Откуда ты узнала, где я живу?

— Я же говорю: подвозила тебя после занятий. А сегодня, случайно проезжая мимо, увидела, что твой дом выставлен на продажу. Я жду ребенка, — она искоса посмотрела на меня, и я вспыхнула, — как тебе, должно быть, известно. И присматриваю новый дом. Увидела твою машину и решила зайти узнать, что и как.

Я непонимающе уставилась на нее.

— Ты хочешь жить здесь?

— Конечно, нет, — устало вздохнула Эмма.

Завыла сирена. Меня вновь охватила паника, захотелось убежать, куда глаза глядят.

— Скажи, откуда ты меня знаешь.

Я испугалась. Рассказать ей, что проезжала мимо их дома и видела, как она целует Гарри?

— Я не хотела…

— Забудь об этом, — досадливо отмахнулась она. — Повтори, что я сказала.

— Мы ходили на йогу.

— Точно. Для начинающих. У обеих ничего не выходило, и мы бросили. Стоимость — десять фунтов в час. На Мэтью-стрит. Два или три года назад. До этого не были знакомы. И с тех пор не виделись.

До меня наконец дошло. Я кивнула.

— Теперь скажи, где ты находилась, когда он упал.

— Здесь, на диване, — медленно произнесла я. К этому времени я перестала плакать. Я понимала, как это важно. — Он показывал дом потенциальным покупателям, вроде бы им понравилось. Когда они ушли, Том поднялся к себе в кабинет за планшетом. Мы хотели посмотреть, сколько стоят другие дома в округе. Я ждала, когда он спустится. И еще я хотела поговорить о дне рождения Джоша. Спросить у Тома, что подарить ему на восемнадцать лет.

Я запнулась, только сейчас осознав, что Джош остался без отца. Я начала задыхаться и вытаращила глаза. Эмма подскочила ко мне и опустила мою голову к коленям.

— Дыши! Все будет хорошо.

Я знала, что не будет. Во всяком случае, для Джоша.

— Что дальше? — прошептала Эмма мне в ухо. — Что случилось потом?

Я с трудом подняла голову. Она ободряюще мне кивнула, ее лицо было бледным, но решительным.

— Я услышала шум падения и крик, — сказала я, вспомнив правильную реплику. — И выбежала в прихожую.

— Да. Я тебя видела.

— Он лежал под лестницей. — По крайней мере, это было правдой. Я вновь заплакала. — Его тело изогнулось, глаза были закрыты, а из уха текла кровь.

— Дальше.

— Я пощупала пульс. Нас учили в школе.

— Плохо учили. Но это не важно.

Сирена завыла громче, и я поняла, что они близко.

— Говори все как есть, только ты была в гостиной. Вы с Томом нормально общались. Ты сидела в гостиной, услышала, как он упал. Запомнила?

Я не могла сосредоточиться. Что здесь делает эта женщина? Увидев Эмму, я подумала, что она выследила меня и хочет потребовать объяснений, а вместо этого она пытается помочь.

— Зачем ты это делаешь? — спросила я.

В ее глазах на мгновение промелькнула жалость.

— Не льсти себе, Руби. Твой муж хотел разрушить мою жизнь. Ты оказала мне огромную услугу, и я не собираюсь тебя выдавать.

— Ты с ним даже не знакома!

— Еще как знакома.

Она порылась в сумке и вытащила конверт с двумя листами бумаги, на одном что-то напечатано, а на другом — написано от руки, и протянула мне распечатку.

— Прочти.

Я тупо уставилась на листок с колонками цифр. ДНК. Какие-то 99,99 процента. Я обескураженно моргнула. Что это? Тут мне на глаза попалось слово «мать». И через черточку — Эмма Шеридан. Еще через несколько сток я увидела слова «биологический отец — Гарри Шеридан».

Я подняла голову и встретилась с ее взглядом. Притворяться, что мы не знакомы, бессмысленно.

— Как ты думаешь, зачем я сюда пришла? — спокойно спросила Эмма.

Я все еще не понимала. Сирена взревела совсем близко, в окне замелькали голубые огни, и за машиной Тома припарковалась скорая.

Эмма вернула документы в сумку и сказала, глядя мне в глаза:

— Думаешь, только ты можешь спать с чужим мужем?

Глава 71

Эмма

Они купились. Поверили каждому нашему слову. В конце концов, я была незаинтересованным свидетелем, который сказал, что Руби была в гостиной в то время, когда Том случайно упал вниз. Зачем мне врать?

Пока работники скорой помощи возились с телом, Руби сидела на кухне. Она вновь разрыдалась. Я тоже. Не знаю, из-за чего она плакала — от шока, что он умер, или из чувства вины.

Меня лично выбила из колеи футболка Тома — та самая, что была на нем в тот вечер. Глядя на него, я вспомнила, как он лежал на кровати в комнате для гостей. Я задрала футболку и целовала его грудь. Я слышала, как бьется его сердце. Он был взволнован, и я тоже. А теперь его сердце остановилось. Я плакала из-за этого.