— Да. Эмм… Робертина Пауэлл. Сегодня четвёртое июля. Вчера мне исполнилось восемнадцать лет, — продолжает записывать и черкать что-то.

Зрение постепенно начинает возвращаться, и я уже могу лучше разглядеть своего лечащего врача. Мужчине лет сорок, неприметная внешность и проглядывается явная плешь, которую он пытается скрыть, зачесывая волосы назад.

Лучше бы не видела.

— Как вы себя чувствуете, опишите подробно.

— Черт, так, словно по мне проехал мусоровоз, как же ещё?! Что за глупые вопросы? — прихожу в ярость, прикрикивая на доктора, резко ощущая дикую боль в голове. — И дико болит голова. Неужели нельзя это прекратить? Почему я так мучаюсь?

— Мисс Пауэлл, мы сделали, что смогли, а чувствовать боль — это нормально после такого, — хмурясь, смотрит он, явно недовольный моим обращением.

Ну, пускай привыкает… я всегда такая, милый!

— В вашей крови мы обнаружили большое количество подозрительных веществ, что вы на это скажите? — ошарашивает меня своим грубым вопросом, что за наглость!

— А это, я вам скажу… не ваше дело! — удивленно моргаю, не понимая, с чего он решил влезть в мои дела. — Вы выполняйте лучше свою работу, мистер… а не важно!

— Как скажите, это не мое дело. С этим пусть полиция разбирается, — нервно поправляет очки, явно не ожидал, что я поставлю его на место.

Я не обязана перед ним отчитываться, он всего лишь доктор, тем более, я знаю, в какой клинике нахожусь, уверенна, мои родители уже отвалили неприличную сумму денег.

Это не его чертово дело!

— Я позвоню и сообщу вашему отцу, что вы пришли в себя. А сейчас должен вас оставить, — отчеканил и быстро ретировался из моей палаты, скорей всего не захотел со мной больше находиться в одном помещении.

Не удивительно.

Глава 7

Ужасно хотелось посетить туалет, но судя по той боли, которую я ощущаю во всем теле, это будет суперсложной задачей.

Но терпеть больше не было сил.

С особой осторожностью начинаю поднимать своё туловище, которое, кажется, неимоверно тяжелым, помогая руками, все же принимаю сидячую позу.

Интересно, мне вообще можно покидать больничную постель? Этот доктор — мудак, даже не удосужился меня просветить в этом направлении.

Вспоминаю, что где-то должна быть кнопка вызова медицинского персонала, пытаюсь её отыскать и успех!

Буквально через несколько минут забегает миловидная женщина лет сорока пяти, и помогает мне подняться и посетить заветную комнату.

Помыв руки, я бросила взгляд в зеркало, и увиденное в отражение привело меня буквально в истерику, не стесняясь, кричу от паники.

Мое лицо было настолько опухшим, что родная мать не узнает!

Боюсь представить, что скрывается за пластырем и бинтами.

Нет! Этого не может быть! Не дай бог останутся шрамы, мне же вот-вот замуж выходить!

— Дорогая, что случилось?! Все в порядке? Тебе помочь? — постучалась женщина, интересуясь происходящим, о которой я и вовсе уже позабыла.

Я открыла ей дверь, впуская внутрь.

— Как можно подумать, что я в порядке!? — показываю жестам на своё лицо. — Да мне же замуж выходить вот-вот! Как я жениху покажусь? — поворачиваюсь обратно, пытаюсь разглядеть тщательнее все повреждения.

— Ты должна в первую очередь думать только о себе, милая, — приободряюще гладит меня по плечу, пытаясь утешить, что очень непривычно для меня.

Ну, хотя чему удивляться, это же платная клиника, тут к каждому такое отношение. Не считая, конечно, лечащего врача.

— И не думаю, что твой жених что-либо скажет плохого. Ты же попала в аварию, если он действительно любит тебя, то твои ссадины будут не важны, уж поверь мне! — говорит, а меня от её слов буквально скукоживает.

— Наверное… — говорю и отворачиваюсь, чтобы дальше не развивать эту тему, она словно понимает, что я не хочу общаться, разворачивается и уходит, тихо прикрыв за собой дверь.

Решив принять душ, снимаю с себя белую больничную сорочку, предварительно осматриваю свою повреждённую кожу. Множество синяков и царапин не пойми откуда.

Видимо, авария была действительно серьезная, хотя практически ничего не помню, все отрывками, которые очень сложно сложить в затуманенной голове.

Тело ужасно ломит, и я ощущаю такую сильную усталость, что хочется буквально заснуть на месте.

Включаю тёплую воду, становясь на холодный, мраморный пол, подстраивая лицо под струю исцеляющей воды.

Настолько хорошо и расслабляюще, что решаю ненадолго присесть, обхватив коленки руками, кладя лицо на ноги, чувствую, что, если сейчас же не встану, то усну.

Но сил подняться просто нет, я истощена, больна… звуки падающих капель, словно колыбельная… успокаиваюсь, чувствую, как становится легче, вода смывает прошлый день.

В голове рой разных мыслей, они проплывают кадрами, словно в фильме, столько проблем еще нужно решить, но ничего не хочется, просто хочу спать, день, два, неделю.

В дрёме улавливаю непонятные звуки за дверью, но не могу даже глаза открыть, наверное, родители уже пришли, и мне предстоит тяжёлый разговор.

Не хочу, пускай катятся! Я хочу побыть одна.