Читаем Ты будешь там? полностью

– Ну разумеется, ведь вы – это я! Такая уж у вас мания. Но что вы на самом деле знаете? Какие сигареты я курю? Дату моего рождения? И все?

Элиот дал волю гневу, потому что ему было страшно. Интуиция подсказывала ему, что незнакомцу есть что сказать. И тот действительно заговорил:

– Я знаю то, о чем ты никому не рассказывал. Ни лучшему другу, ни любимой женщине.

– Что же, например?

– Ты не захочешь об этом слышать.

– Ну говорите! Давайте! Мне нечего скрывать!

– Спорим?

– Какую тему вы желаете затронуть?

Незнакомец подумал и ответил:

– Поговорим о твоем отце?

Вопрос прозвучал как пощечина.

– При чем здесь мой отец?

– Он никогда в этом не признавался, но он был алкоголиком. Правда?

– Вы лжете!

– Ты ведь знаешь, что я прав. Все считали его деловым человеком, любящим мужем и хорошим отцом. Но ты и твоя мать видели его совсем другим.

– Вы ничего об этом не знаете!

– Я знаю все. К старости он немного успокоился, но, когда ты был ребенком, он бил тебя, помнишь? – Элиот не отвечал, и незнакомец продолжил: – Это случалось, когда он выпивал. Напившись, он моментально выходил из себя и успокаивался, только избив тебя.

Элиот молчал. Он чувствовал себя подавленным.

– Очень долго ты не сопротивлялся и даже иногда провоцировал его, чтобы он не трогал мать.

Незнакомец помолчал, потом спросил:

– Продолжать?

– Да отстаньте вы, наконец!

Но незнакомец тихо сказал:

– Один раз – тебе было десять лет – ты вернулся из школы и нашел мать в ванне, всю в крови. Она перерезала вены…

– Замолчишь ты или нет, гадкий старик! – заорал Элиот, схватив незнакомца за ворот.

– Ты пришел как раз вовремя и успел ее спасти. Ты вызвал скорую, но мать взяла с тебя слово никому ничего не рассказывать. И ты сдержал обещание. Ты помог ей разбить стекло в ванной, и она сказала врачам, что поранилась, поскользнувшись на мокром полу. Это был ваш секрет. Никто больше об этом не знал.

Теперь они стояли лицом к лицу. Элиот был потрясен. Он не был готов к тому, чтобы вспоминать семейные тайны. Во всяком случае, не так, не сегодня вечером. Ему казалось, что все это осталось в далеком прошлом, воспоминания потускнели, но сейчас он снова чувствовал боль. Как ножом по сердцу.

– Сначала ты думал, что поступил правильно – спас мать от смерти и психиатров. Только потом ты понял, что совершил ошибку. Через два года твоя мать прыгнула с тринадцатого этажа.

Каждое слово было для Элиота ударом.

Впервые за последние годы на глазах у него выступили слезы. Он чувствовал себя так, будто его только что отправили в нокаут.

– И с тех пор тебя мучает чувство вины. Ты думаешь, что все могло быть по-другому, если бы ты тогда сказал врачам правду. Твоя мать нуждалась в помощи психиатра, ее могли вылечить. Мне продолжать?

Элиот хотел сказать «нет», но не смог произнести ни слова. Незнакомец выглядел взволнованным, но продолжал рассказывать Элиоту мучительную правду о нем самом.

– Ты говоришь, что не хочешь детей, потому что в современном мире страшно жить и будущее не сулит ничего хорошего. Но это не так…

Элиот нахмурился. Он не понимал, куда клонит его собеседник.

– Ты не хочешь детей, потому что всегда думал, что родители тебя не любят. И теперь ты боишься, что тоже не сможешь полюбить своего ребенка. Удивительно, как темны закоулки нашего разума…

Элиот не стал спорить. Всего три минуты – и человек, которого он никогда не видел, поколебал его уверенность в себе. «Любой человек – всего лишь кучка секретов», – с горечью подумал он.

Налетел сильный порыв ветра. Незнакомец поднял воротник, подошел к Элиоту и положил ему руку на плечо.

– Не трогайте меня! – Элиот отошел к перилам. Он задыхался, в голове у него все смешалось. Он чувствовал, что упускает что-то очень важное. – Предположим, я поверю, что все это правда. Но я не понимаю, чего вы от меня хотите, – сказал он, глядя в глаза таинственному гостю.

Незнакомец лишь покачал головой:

– Ничего. Жаль, что так нервничаешь. Я здесь вовсе не ради тебя.

– А ради кого?

– Я пришел, чтобы увидеть ее…

Он снова достал из кармана бумажник и показал Элиоту выцветшую фотографию.

Молодая женщина с сияющими глазами и красными от мороза щеками бросала снежок. Ее любимая фотография, сделанная прошлой зимой в Центральном парке… Илена подарила ему этот снимок, и Элиот всегда носил его с собой.

– Где вы взяли эту фотографию? Только попробуйте подойти к Илене, и пожалеете, что родились на свет…

Но незнакомец не обратил никакого внимания на угрозы. Он погладил собаку и сделал несколько шагов к окну, будто почувствовал, что пришло время уходить. Как накануне в аэропорту, он снова забился в судорогах.

Но на этот раз Элиот не даст ему исчезнуть! Он бросился за незнакомцем, чтобы остановить его, но тот уже успел выйти с террасы и закрыл за собой стеклянную дверь.

– Откройте эту чертову дверь! – закричал Элиот, колотя по стеклу.

К несчастью, по задумке дизайнера стекло было тонированным, поэтому в темноте окна и дверь превращались в зеленое зеркало. Запертый на террасе Элиот не видел, что происходит в доме.

– Откройте! – снова потребовал Элиот.

Тишина. И чуть позже голос: