Читаем Тверской Баскак полностью

«Заодно, оттуда можно будет на новую лесопилку заехать, а на обратном пути и на мельницу. — Едва начал, в голове сразу же выстроилась очередь из первоочередных дел. — По возвращении еще хорошо бы к Фролу Золотарю зайти. Глянуть, как у него дела идут».

Оружия требуется все больше и больше, а мануфактура Фрола — это моя гордость! На ней у меня много чего завязано: и производство спиртовых ламп, и зажигалок, и спуска-натяжных механизмов для арбалетов. Ввожу, можно сказать, прообраз конвейерной линии. Там целых два токарных станка с велосипедным приводом. На одном механики точат детали для арбалетов, а на другом делают древки для болтов. В общем, образец передового производства и потому нескончаемый поток проблем, которые только я и могу решить.

Задумываясь, вспоминаю, что пока я на левом берегу, неплохо было бы и к кузнецам забежать. Давненько я уже у Волыны не был, а к нему тоже вопросов немало. Циркулярные пилы и приводные цепи на новую лесопилку до сих пор не поставили, а почему тянут, неизвестно. И вот опять же, даже письменных отчетов не могу с них потребовать, по причине поголовной неграмотности.

«Ладно, — решаю для себя, — в Твери пока особых дел нет, так что задержусь в Заволжском на пару дней. Тогда и со старостой Яремой будет время потолковать».

Есть рядом со мной три человека, с которыми, прямо могу сказать, мне сильно повезло. Это, конечно же, Калида, Куранбаса и Ярема. Про первых двух и говорить нечего, и так все понятно, а вот последний, вроде бы и не на виду, а ведь на нем держится вся аграрно-хозяйственная часть моей маленькой левобережной империи. Ярема дело свое знает и у него не забалуешь, поэтому за этот фронт я более-менее спокоен. Хоть и народу за зиму прибавилось, и много новых делянок расчистили, но мы с ним еще по осени все обсудили и спланировали. Какие участки под яровые, какие под озимые, а что и под выпас можно оставить.

Трехпольная система для него, конечно, в новинку, но мужик он толковый и схватывает все на лету. С ним два раза повторять не требуется. Один раз сказал, что надо площадь под огороды увеличить, и семена с лучших сортов отбирать и сеять отдельно. Все! В этом году огороды увеличили втрое и селекционную работу начали вести. Даже выделили экспериментальное поле, где засеяли семена самых сладких образцов свеклы прошлого урожая. Это я как-то упомянул при нем, что мол из свеклы можно вырабатывать сахар, а этот продукт мне нужен как воздух. И это чистая правда, ведь без него невозможна выгонка спирта, а на спирте держится не столько финансовая, сколько военная составляющая моих грандиозных планов. Пока используем мед, но объемы растут и будущее, конечно, же за сахарной свеклой.

Еще одно поле, за которым я слежу отдельно и на которое надо обязательно заехать — это подсолнечное. Та жменя семечек, что завалялась в кармане Сениного халата, дала-таки свои плоды. В прошлом году я на нее планов не строил, но в этом уже засеяли столько, что по осени можно будет маслобойню ставить.

Вспомнив о нескончаемом потоке дел, пришпориваю кобылу. Надо торопиться! Надо раскручивать производства, пока есть средства и возможность. С весны, как и ожидалось, пошли с юга грозные вести. Монголы двинулись в свой поход на запад к последнему морю. Опять досталось Рязани, Переяславлю и всем южнорусским землям. К этому времени, наверное, уже взят Чернигов, а к осени будет в осаде Киев. Эту передышку, пока монголы заняты югом и Европой, надо использовать по полной! Все предпосылки к этому есть, даже финансовые резервы появились. Торговая слава Твери опережает мои реальные возможности.

В конце прошлого месяца в городе опять было шумно. Приехал уже знакомый мне новгородский торговый гость Епифаний вместе с купцами из Новгородского отделения Ганзы. Ни словом не вспоминая про зимние разборки, они раскупили подчистую весь заготовленный за зиму товар, да так живо, что я даже пожалел, что не поднял цену. Уезжая, Епифаний вызвал меня на разговор и, прямо скажу, удивил. Он дал мне ясно понять, что прибыл не сам по себе, а представляет интересы Горяты Нездинича, который интересуется размером вступительного пая в наше торговое товарищество. Я, конечно же, сразу не ответил, а пообещал подумать и посоветоваться с другими пайщиками, но это так, лишь для порядка. Заполучить в свои ряды такую силу как одна из самых известных боярских фамилий в Новгороде, конечно, было бы замечательно, но, как научила меня нынешняя жизнь, сразу соглашаться нельзя. Не оценят, а примут за слабость!

Вспомнив этот момент, я даже мечтательно улыбнулся.