Читаем Твари полностью

Интересное сообщение, подумал Бардин. Переоблачился, значит, наш Йосик. «Пастух» описал все вкратце, в нескольких словах, но представить не сложно. И вполне наглядно представить. Камуфляжка, шевроны МЧС, все как положено.

Все это, впрочем, было понятно. Ведь рано или поздно мистеру Коулмэну нужно будет в самой гуще событий оказаться — а, значит, и влиться в ряды. И не особо, конечно, прятался он со всем переодеванием. Понимал, что этого мы от него и ждем. Знал, что это мы ему сделать обязательно позволим. Для приличия, конечно, попетлял, поиграл в прятки — но разве что для приличия. Иное дело, когда соберется от «пастуха» отрываться. Это он будет делать уже всерьез. По-настоящему. Когда?

Видимо, тогда, когда змеи пойдут. Хорошо бы, чтобы пошли, подумал подполковник. Чтобы вся эта химия гадов все-таки наружу выдавила. Йосик Йосиком, но гремучников уничтожить нужно вчистую. Если задача такая ребятам из МЧС по зубам…

И рюкзачок. Тоже камуфляжный такой, полевой аккуратный рюкзачок. Зачем? Что там у тебя, коллега, какие достижения передовой американской науки? Заглянуть, конечно, можно было бы без проблем — отвели в сторонку, да и заглянули. Но — рано. Нам нужно, чтобы ты, Йосик, с другом Колей нам все поэтапно продемонстрировал. Понятно пока одно: дожидаешься ты появления главного героя нашего с тобой боевика. Почему дожидаешься и что собираешься при встрече этой делать — вопрос открытый. Ну да закроем и его. Прислали к нам явно не мальчонку, однако под таким микроскопом оторваться от нас ты права не имеешь. И я так думаю, что не оторвешься.

На крыше соседнего дома грохнули выстрелы. Сергей рывком повернулся в ту сторону. Ему не было видно, что происходит наверху, но криков — отчаянных криков столкнувшихся со смертью людей — он не услышал. Отрывистые команды, выстрелы, снова обрывки фраз. Нервозность — да. Еще бы без нее. Но паники нет. Он снова посмотрел на стрелу подъемника. Двое человек, взбиравшихся по лестнице один за другим, были уже у самой кромки плоской крыши. Неуклюжая фигура в химзащите — и следом за ним стрелок. Первый, перехватив планку согнутой в локте рукой, начал широкими движениями распылять репеллент. Понятно. Отогнать тех, что могут быть наверху. Спасатель с ранцем взглянул вниз, на товарища. Тот кивнул и стал взбираться наверх.

Молодцы, подумал Сергей. Разминулись все-таки. Один с дробовиком в руке, другой — что твой марсианин в этом костюме, а разминулись. Стрелок стоял теперь на предпоследней ступеньке, поводя стволом помпового ружья из стороны в сторону. Потом сделал еще шаг, оказавшись на крыше. Следом за ним двинулся и второй, в химкомплекте.

Через минуту стрелок появился на краю.

— Давай, — крикнул он вниз. — Пока чисто.

Двое МЧС-ников потащили по лестнице небольшую лебедку. Несколько больших контейнеров с репеллентом уже стояли возле подъемника. Значит, лебедкой. Ну не руками же такую дуру наверх поднимать.

Телешов взглянул на цистерну. Спасатели уже начали разматывать шланг. Вот так водочка наша подхимиченная наверх и потечет, подумал Сергей. Пейте на здоровье, гости дорогие. Чтоб вам захлебнуться.

Ведь как хорошо, когда люди понятную работу делают, подумал Кремер. С того места, где он стоял, ему было видно, как работают МЧС-ники на трех «хрущобах». На одной из них они уже заволокли контейнеры с репеллентом наверх и теперь тащили на крышу пожарный рукав. Это правильная для ребят работа. Лебедка, подъемник, цистерна, рукав. Неправильно, что при этом с дробовиком не расстаться.

Майор посмотрел в сторону Казанской. Вдоль всей улицы выстроились машины «скорой». Кого, интересно, скорым экстренным образом спасать? Уж конечно, не тех, кто с даймондбэком в конкретный контакт войдет. Да на этот случай вон, пара труповозок тоже стоит. Хорошо бы, чтоб вхолостую они сегодня сработали. Чтобы как сюда пустыми — так и отсюда пустыми. А «скорые» для кого?

Да ведь и для «скорой», подумал Кремер, вариантов тоже предостаточно. И на крышах-лестницах эквилибристика, и стрельба по-настоящему тоже не начиналась еще. Как оно будет, когда поползут? Да еще на тебя поползут? Не начали бы хлопцы палить со страху на все триста шестьдесят, пока припас позволяет.

Friendly fucking fire[6]. Майор усмехнулся. По-русски оно было бы нормально и понятно — «огонь по своим». По дурости, то есть, с перепугу, по идиотизму штабистов и прочей хренотени. Но только америкос мог родить такую вот интеллектуальную загогулину: «дружественный огонь». Ты, дескать, Федя, не обижайся — это я тебя по дружбе в расход пустил. И все, какие претензии — мы же культурные люди.