Читаем Туманное будущее (СИ) полностью

- Да, Гарри, мои слова могут тебе показаться странными, но с Сириусом я познал, что такое настоящая любовь и страсть. Я совершил свою самую большую ошибку в жизни, когда поверил, что он мог предать Джеймса и Лили, и отдалился от своего друга и любовника на долгие двенадцать лет, когда он попал в Азкабан, и по дурости не воспользовался последующими двумя годами, которые судьба нам подарила после. И если бы у меня был один шанс что-то изменить в своей судьбе, то это бы произошло не в ту ночь, когда меня укусил оборотень, а в тот день, когда у меня забрали Сириуса. И я не хочу, чтобы ты совершил ту же ошибку, что и я, Гарри! Не упусти свой шанс!

Внезапно во рту Гарри все пересохло.

- С чего ты взял, что я допускаю ошибку? – поинтересовался он, делая вид, что не понимает, о чем говорил Ремус.

- Гарри, очнись. Ты прекрасно знаешь, о чем я! Я очень хорошо вижу разницу во взглядах, которые ты бросал на Северуса тогда и сейчас! Я четко уловил ваше притяжение друг к другу, когда увидел обоих у той злополучной комнаты! И я понял, почему он настаивал на разговоре с тобой наедине – от чего оставил тебя с ним - потому что он смотрит на тебя как прежде. Скажу больше: еще интенсивнее, преданнее… отчаянно.

Гарри застонал, ничего больше не желая слушать.

- Это не он! – скривился молодой человек. – Сев ушел, и я больше его никогда не увижу. Пойми, я уже с этим смирился!

«Лжец!» - подумал Ремус, не решаясь произнести вслух. Вместо этого он сказал: - Поэтому ты так несчастен… но этого можно было избежать, если бы ты принял тот факт, что Мастер зелий и есть твой Сев, только на двадцать лет старше!

- Не так это просто! – мучительно простонал Гарри, обхватив голову руками. – Он изменился! Он стал злобным! Ты об этом знаешь не хуже меня! Ты и сам до сих пор не можешь забыть, когда он попытался выжить тебя из школы, заявив на весь мир, что ты оборотень!

- Я давно простил его!

- Но только не я! – воскликнул Гарри, и его лицо исказилось от ярости. – Я не могу забыть все то зло, что он сделал или сказал мне. Не могу простить унижение, насмешки и оскорбления! Было много чего, Ремус! Он очень сильно отличается от Сева и от этого мне становится еще больнее, чтобы я мог все забыть. Он не похож на Сева. Он не СЕВ!

- И все равно это один и тот же человек! – настаивал на своем оборотень. – Он лишь играл ту роль, которую ему написала война.

- Оскорблять меня и моего отца в то же самое время, когда мы уже были вместе? Даже когда мы были одни, для кого весь этот спектакль?

- Даже в этом случае он никогда не оставался один, Гарри!

- Но это же был я! – воскликнул молодой человек. – Ты хочешь сказать, что он должен был и меня обводить вокруг пальца? Чушь! Это просто его взлелеянная беспричинная злоба, поскольку из нее состоит вся его сущность!

- Не думаю. Я искренне считаю, что он должен был держать лицо даже рядом с тобой, словно отраженная действительность. Интересно, как бы отреагировали детки Пожирателей Смерти или простые обыватели, если бы увидели, с какой теплотой и любовью относится к тебе Северус? Мог ли тогда он остаться в игре, сохранив привилегированное положение двойного агента в Ордене? Не подверглись бы вы оба еще большим опасностям? В конце концов, бывший Пожиратель Смерти, импонирующий мальчику-который-выжил… не долго бы прожил на этом свете! Волдеморт не простил бы ему подобного оскорбления: дезертир стал бы мертвым рабом!

Ремус умолк, переведя дыхание, вглядываясь тяжелым взглядом в глаза своему студенту.

- Кроме того, ты, кажется, забыл, как долго он тебя любил, стойко перенося все тяготы (к твоему сведению), ежедневно мучаясь от того, что его любовь предназначена ребенку – тем более, своему ученику? Он не педофил, испытывающий влечение к малолеткам. У него не было относительно тебя похотливых мыслей, поскольку у вас значительная разница в возрасте. Но ведь и твое сердце не камень: ты так долго был без отцовского внимания и заботы, что будь Северус к тебе хоть чуточку доброжелательнее, не пришел бы однажды тот день, когда бы ты увидел в нем замену отцу? По мне, это худшее, что могло бы случиться с Северусом.

Гарри сглотнул, терзаемый противоречивыми мыслями. Он не мог опровергнуть ни одного довода, представленного Ремусом, и это терзало его сильнее самой изощренной пытки. А если он на самом деле с самого начала ошибался в своем отношении к зельевару? Его охватили страшные сомнения, и он опустился на пол в бессильном отчаянии. Он был слишком напуган, чтобы довериться и быть обманутым еще раз.